На Главную
ГДЗ: Английский язык       Алгебра       Геометрия       Физика       Химия       Русский язык       Немецкий язык

Подготовка к экзаменам (ЕГЭ)       Программы и пособия       Краткое содержание       Онлайн учебники
Шпаргалки       Рефераты       Сочинения       Энциклопедии       Топики с переводами


ОГЛАВЛЕНИЕ (список произведений)

Трое в лодке, не считая собаки.

Джером К. Джером.

PREFACE

(предисловие)

The chief beauty of this book lies not so much in its literary style (главная прелесть этой книги заключается не столько в ее литературном стиле; chief — главный, основной; beauty — красота, прелесть; to lie in — крыться, заключаться в; not so much as — не столько, сколько), or in the extent and usefulness of the information it conveys (или в количестве и полезности сведений, /которые/ она содержит; extent — протяженность; объем, мера, степень; usefulness — применимость, практичность; useful — полезный; to convey — переправлять; передавать, выражать /чувства, смысл и т.д./), as in its simple truthfulness (сколько в ее истинной правдивости; simple — простой, незатейливый; прямой, явный, истинный; truth — правда, истина). Its pages form the record of events that really happened (ее страницы составляют рассказ = повествуют о событиях, которые действительно произошли; to form — придавать или принимать форму, вид; составлять, содержать, основывать/ся/ на; record — запись, отчет; рассказ /о каких-либо событиях/; to happen — случаться, происходить). All that has been done is to colour them (все, что было сделано — придать им краски = я /немного/ приукрасил их; to be-was/were-been; to do-did-done; to colour — красить, окрашивать; приукрашивать); and, for this, no extra charge has been made (и для этого не было произведено никаких дополнительных расходов = только и всего; charge — нагрузка; взимаемая за какую-либо услугу плата; to make a charge — сделать некоторые расходы; extra — дополнительный, добавочный). George and Harris and Montmorency are not Poetic ideals (Джордж, Гаррис и Монморенси не поэтические идеалы), but things of flesh and blood (но существа из плоти и крови; thing — вещь, предмет; существо) — especially George, who weighs about twelve stone (особенно Джордж, который весит около двенадцати стоунов = около 76 кг; stone — камень; стоун /мера веса, равен 14 фунтам, или 6,35 кг/). Other works may excel this in depth of thought and knowledge of human nature (другие произведения могут превосходить = возможно, превосходят это /произведение/ глубиной мысли и знанием человеческой природы; work — работа, дело; изделие, произведение; to excel — превосходить; выделяться; nature — природа; сущность, характер); other books may rival it in originality and size (иные книги могут соперничать с ней /моей книгой/ в оригинальности и объеме; to rival — соперничать, соревноваться; rival — соперник, противник; size — размер, величина; объем, формат); but, for hopeless and incurable veracity, nothing yet discovered can surpass it (но что касается безнадежной и неизлечимой правдивости, ничто из уже написанного: «открытого» не может затмить ее; hope — надежда; incurable — неизлечимый; неисправимый; to cure — исцелять; to discover — обнаруживать, делать открытие; to surpass — превосходить, опережать). This, more than all its other charms (это, больше чем все ее другие достоинства = именно это качество; charm — обаяние; charms — привлекательное качество, приятные особенности), will, it is felt, make the volume precious in the eye of the earnest reader (сделает книгу, полагаю: «это ощущается», ценной для серьезного/искреннего читателя; to feel — ощупывать; чувствовать, ощущать; полагать, считать; volume — том, книга, издание; precious — драгоценный; дорогой, любимый; in the eyes of somebody — в чьих-либо глазах, по мнению кого-либо); and will lend additional weight to the lesson that the story teaches (и придаст дополнительный, больший вес уроку, который эта история дает; to lend — одалживать; давать, придавать; story — повесть, рассказ, история; to teach a lesson — преподать урок).

LONDON, August, 1889 (Лондон, август 1889 /года/)


preface [*pref*s] chief [*i:f] beauty [*bju:t*] record [*rek*:d] weigh [we*] incurable [*n*kju(*)r*bl] veracity [v**r*s*t*] volume [*v*ljum] precious [*pre**s]


The chief beauty of this book lies not so much in its literary style, or in the extent and usefulness of the information it conveys, as in its simple truthfulness. Its pages form the record of events that really happened. All that has been done is to colour them; and, for this, no extra charge has been made. George and Harris and Montmorency are not Poetic ideals, but things of flesh and blood — especially George, who weighs about twelve stone. Other works may excel this in depth of thought and knowledge of human nature; other books may rival it in originality and size; but, for hopeless and incurable veracity, nothing yet discovered can surpass it. This, more than all its other charms, will, it is felt, make the volume precious in the eye of the earnest reader; and will lend additional weight to the lesson that the story teaches.

LONDON, August, 1889

CHAPTER I

(глава первая)

Three Invalids (трое инвалидов). — Sufferings of George and Harris (страдания Джорджа и Гарриса; suffering — страдание, боль, мука). — A victim to one hundred and seven fatal maladies (жертва ста семи смертельных недугов). — Useful prescriptions (полезные рецепты; prescription — предписание, рекомендация; рецепт /на получение лекарства/). — Cure for liver complaint in children (средство от болезни печени у детей; cure — лекарство, способ лечения; complaint — жалоба; болезнь, недуг). — We agree that we are overworked, and need rest (мы соглашаемся, что мы переутомились/переработали, и нуждаемся в отдыхе; over — сверх, слишком, чересчур; to work — делать, выполнять, совершать /работу, задачу, деяние и т.д./; rest — покой, отдых). — A week on the rolling deep (неделя в волнующемся море; to roll — катиться, испытывать бортовую качку; deep — глубина; открытое море)* — George suggests the river (Джордж предлагает /путешествие по/ реке). — Montmorency lodges an objection (Монморенси выдвигает возражение; to lodge an objection — заявить протест, выдвинуть возражение). — Original motion carried by majority of three to one (первоначальное предложение принято большинством три к одному; original — первоначальный, исходный; motion — движение; предложение, ходатайство; to carry — перевозить, переносить; выиграть, одержать победу; принимать /законопроект и т.д./).


Three Invalids. — Sufferings of George and Harris. — A victim to one hundred and seven fatal maladies. — Useful prescriptions. — Cure for liver complaint in children. — We agree that we are overworked, and need rest. — A week on the rolling deep* — George suggests the river. — Montmorency lodges an objection. — Original motion carried by majority of three to one.


HERE were four of us (нас было четверо: «здесь было четверо из нас») — George, and William Samuel Harris, and myself, and Montmorency (Джордж, Уильям Сэмюэль Гаррис, я /сам/ и Монморенси). We were sitting in my room, smoking, and talking about how bad we were (мы сидели в моей комнате, курили и говорили о /том/, как мы плохи) — bad from a medical point of view I mean, of course (плохи с медицинской точки зрения, я имею в виду, конечно; to mean — иметь в виду, подразумевать).


maladies [*m*l*d*z] suggests [s***ests] majority [m****r*t*] view [vju:]


HERE were four of us — George, and William Samuel Harris, and myself, and Montmorency. We were sitting in my room, smoking, and talking about how bad we were — bad from a medical point of view I mean, of course.


We were all feeling seedy (мы все чувствовали себя неважно; to feel — чувствовать, ощущать, испытывать /тоску, боль и т.д./; seedy — потрепанный; нездоровый, слабый), and we were getting quite nervous about it (и становились довольно нервными = начинали волноваться из-за этого; nervous — нервный, беспокоящийся, взволнованный). Harris said he felt such extraordinary fits of giddiness come over him at times (Гаррис сказал, /что/ испытывает такие необычайные приступы головокружения, охватывающие его временами; to say; fit — припадок, приступ; to come over — охватывать, овладевать), that he hardly knew what he was doing (что он едва понимает, что делает; to know — знать; понимать, осознавать; to know-knew-known); and then George said that he had fits of giddiness too, and hardly knew what he was doing (затем Джордж сказал, что у него тоже /бывают/ приступы головокружения, и он /тоже тогда/ едва осознает, что делает). With me, it was my liver that was out of order (что касается меня, /то/ у меня не в порядке была печень; out of order — неисправный, не в порядке; order — порядок; исправность; хорошее физическое состояние). I knew it was my liver that was out of order (я знал, /что/ моя печень не в порядке), because I had just been reading a patent liver-pill circular (потому что я недавно читал рекламный проспект о запатентованной пилюле от /болезней/ печени; just — только что, прямо; как раз), in which were detailed the various symptoms by which a man could tell when his liver was out of order (в котором были подробно описаны различные симптомы, по которым человек может определить, что его печень не в порядке; to detail — подробно описывать, излагать; to tell — говорить, рассказывать; осознавать, понимать). I had them all (у меня были они все).

It is a most extraordinary thing, but I never read a patent medicine advertisement (это самая удивительная вещь = поразительно, но я никогда не читаю /рекламное/ объявление о каком-нибудь запатентованном лекарстве) without being impelled to the conclusion (без /того, чтобы/ быть склоненным к заключению = чтобы не сделать вывод; to impel — побуждать, заставлять) that I am suffering from the particular disease therein dealt with in its most virulent form (что я страдаю от конкретной болезни, в нем описываемой, в самой злокачественной форме; therein — здесь, в этом, в том; to deal with — иметь дело с, касаться; virulent — опасный, страшный, смертельный /о болезни, яде/). The diagnosis seems in every case to correspond exactly with all the sensations that I have ever felt (кажется, диагноз в каждом случае точно совпадает со всеми ощущениями, которые я испытываю; to correspond — соответствовать, соотноситься; ever — всегда, постоянно, вечно; когда-либо; to feel).


nervous [*n*:v*s] medicine [*meds*n] disease [d**zi:z] virulent [*v*rul*nt] diagnosis [,da****n*us*s]


We were all feeling seedy, and we were getting quite nervous about it. Harris said he felt such extraordinary fits of giddiness come over him at times, that he hardly knew what he was doing; and then George said that he had fits of giddiness too, and hardly knew what he was doing. With me, it was my liver that was out of order. I knew it was my liver that was out of order, because I had just been reading a patent liver-pill circular, in which were detailed the various symptoms by which a man could tell when his liver was out of order. I had them all.

It is a most extraordinary thing, but I never read a patent medicine advertisement without being impelled to the conclusion that I am suffering from the particular disease therein dealt with in its most virulent form. The diagnosis seems in every case to correspond exactly with all the sensations that I have ever felt.


I remember going to the British Museum one day (помню, /как/ я отправился в Британский музей однажды) to read up the treatment for some slight ailment of which I had a touch (почитать о лечении какой-то легкой болезни, которой я захворал; to read up — специально изучать, читать дополнительный материал; slight — легкий, незначительный; touch — прикосновение, касание; легкий приступ /болезни/) — hay fever, I fancy it was (полагаю, это была сенная лихорадка; to fancy — воображать, представлять себе; считать, полагать). I got down the book, and read all I came to read (я взял /нужную/ книгу и прочитал все, /что/ я пришел прочитать = что искал; to get down — снимать /с полки и т.д./; to read [ri:d]-read [red]-read [red]; to come-came-come); and then, in an unthinking moment, I idly turned the leaves (потом, задумавшись: «в бездумный момент», я лениво перевернул /несколько/ страниц; leaf — лист, страница), and began to indolently study diseases, generally (и начал без интереса изучать различные болезни; to begin-began-begun; indolent — ленивый, вялый; праздный; generally — в целом, вообще). I forget which was the first distemper I plunged into (я забыл, какой была = как называлась первая болезнь, /на которую/ я наткнулся; distemper — хандра, дурное расположение духа; to plunge into — ввергать, бросаться, погружаться в) — some fearful, devastating scourge, I know (какой-то страшный, изнуряющий бич, /как/ я понимаю; to devastate — истощать, опустошать; scourge — бич, бедствие, кара) — and, before I had glanced half down the list of "premonitory symptoms" (и прежде, /чем/ я просмотрел наполовину список «ранних симптомов»; premonitory — предваряющий, предостерегающий), it was borne in upon me that I had fairly got it (я понял, что точно как следует подцепил /эту болезнь/; to be borne in upon somebody — становиться ясным, доходить до кого-либо; fairly — должным образом; четко, явно, ясно; to get — получить; заразиться).


touch [t**] fever [*fi:v*] indolently [**nd*l*ntl*] scourge [sk*:*] glanced [*l*:nst] half [h*:f]


I remember going to the British Museum one day to read up the treatment for some slight ailment of which I had a touch — hay fever, I fancy it was. I got down the book, and read all I came to read; and then, in an unthinking moment, I idly turned the leaves, and began to indolently study diseases, generally. I forget which was the first distemper I plunged into — some fearful, devastating scourge, I know — and, before I had glanced half down the list of "premonitory symptoms," it was borne in upon me that I had fairly got it.


I sat for a while, frozen with horror (я сидел некоторое время, застыв от ужаса; to sit-sat-sat; to freeze — замерзать, замораживать; застывать; to freeze-froze-frozen); and then, in the listlessness of despair, I again turned over the pages (потом, в безразличии отчаяния, я снова перелистнул страницы; listless — апатичный, безразличный). I came to typhoid fever (я дошел до брюшного тифа; to come to — доходить до, приходить /в какое-либо состояние, к какому-либо положению дел/) — read the symptoms (прочитал симптомы) — discovered that I had typhoid fever, must have had it for months without knowing it (обнаружил, что у меня брюшной тиф, /что я/ был болен им, должно быть, в течение /нескольких/ месяцев, не зная об этом: «без знания этого») — wondered what else I had got (/я/ захотел узнать, что у меня еще = чем еще я болен; to wonder — задаваться вопросом); turned up St. Vitus's Dance — found, as I expected, that I had that too (нашел /описание/ пляски святого Витта — убедился, как /и/ ожидал, что болен ей тоже; to turn up — поднимать вверх; выискивать, находить; to find — находить, обнаруживать; приходить к заключению), — began to get interested in my case (/я/ начал интересоваться своей историей болезни; to begin; case — случай, дело; история болезни, состояние здоровья больного), and determined to sift it to the bottom (решил изучить ее тщательно: «до дна, до основания»; to sift — просеивать; анализировать), and so started alphabetically (поэтому начал в алфавитном порядке) — read up ague, and learnt that I was sickening for it (прочел про малярию и узнал, что болею ею; to learn — учить/ся/; узнавать; to sicken — заболевать), and that the acute stage would commence in about another fortnight (и что острая стадия = обострение начнется еще где-то через две недели). Bright's disease, I was relieved to find, I had only in a modified form (Брайтова болезнь /воспаление почек/, я был успокоен = с облегчением обнаружил, была у меня лишь в легкой форме; to relieve — облегчать, ослаблять; успокаивать; to modify — видоизменять; смягчать, ослаблять), and, so far as that was concerned, I might live for years (и в этом смысле = будь у меня одна эта болезнь, я мог прожить /долгие/ годы; so far as — поскольку, так как; as far as it is concerned — что касается этого). Cholera I had, with severe complications (холера у меня /также/ была, с серьезными осложнениями; severe — суровый, резкий; жестокий, тяжелый); and diphtheria I seemed to have been born with (а с дифтерией я, кажется, родился; to be born — рождаться).

I plodded conscientiously through the twenty-six letters (я добросовестно проработал двадцать шесть букв /алфавита/; to plod — с трудом брести, тащиться; продвигаться с трудом /в работе и т.д./; упорно работать, корпеть над чем-либо), and the only malady I could conclude I had not got was housemaid's knee (и единственной болезнью, /которой, как/ я мог заключить, я не болел, было воспаление сумки надколенника; to conclude — делать вывод, приходить к заключению; to get; housemaid — горничная, уборщица /особенно в частном доме/; maid — служанка, горничная; дева, девушка; knee — колено).


typhoid [*ta*f**d] wondered [*w*nd*d] ague [*e**ju:] cholera [*k*l*r*] diphtheria [d*f*O**r**] conscientiously [k*n***en**sl*] knee [ni:]


I sat for a while, frozen with horror; and then, in the listlessness of despair, I again turned over the pages. I came to typhoid fever — read the symptoms — discovered that I had typhoid fever, must have had it for months without knowing it — wondered what else I had got; turned up St. Vitus's Dance — found, as I expected, that I had that too, — began to get interested in my case, and determined to sift it to the bottom, and so started alphabetically — read up ague, and learnt that I was sickening for it, and that the acute stage would commence in about another fortnight. Bright's disease, I was relieved to find, I had only in a modified form, and, so far as that was concerned, I might live for years. Cholera I had, with severe complications; and diphtheria I seemed to have been born with.

I plodded conscientiously through the twenty-six letters, and the only malady I could conclude I had not got was housemaid's knee.


I felt rather hurt about this at first (я почувствовал /себя/ немного оскорбленным из-за этого поначалу; to feel hurt — чувствовать себя оскорбленным, уязвленным; принимать на свой счет; to hurt — причинять боль, наносить обиду); it seemed somehow to be a sort of slight (это казалось своего рода неуважением; somehow — так или иначе, каким-либо образом; slight — проявление пренебрежительного равнодушия; неуважение). Why hadn't I got housemaid's knee (почему я не заболел воспалением сумки надколенника)* Why this invidious reservation (почему такая возмутительная несправедливость; reservation — оговорка, замечание)* After a while, however, less grasping feelings prevailed (немного погодя, впрочем, менее жадные чувства восторжествовали; grasping — цепкий, хваткий; жадный, скупой; to prevail — /вос/торжествовать, одержать победу; преобладать). I reflected that I had every other known malady in the pharmacology (я подумал, что у меня есть все остальные болезни, известные в фармакологии = в медицине; to reflect — отражать; раздумывать, размышлять; to know-knew-known), and I grew less selfish, and determined to do without housemaid's knee (я стал менее эгоистичным и решил обойтись без воспаления сумки надколенника; to grow — расти, увеличиваться; делаться, становиться). Gout, in its most malignant stage (подагра в своей самой злокачественной форме; stage — помост, сцена; стадия, фаза), it would appear, had seized me without my being aware of it (казалось, поразила меня без моего ведома; to seize — хватать, захватывать; охватывать; to be aware of — отдавать себе отчет в, быть осведомленным); and zymosis I had evidently been suffering with from boyhood (а зимосисом я, видимо, страдал с отрочества; zymosis — брожение; заразная болезнь). There were no more diseases after zymosis (/в книге/ больше не было заболеваний после зимосиса), so I concluded there was nothing else the matter with me (так что я решил, /что/ больше нет неприятностей со мной = в остальном я в порядке; else — еще, кроме; другой; matter — вещество, сущность, вопрос; the matter — неприятность, трудность; what is the matter with this* — чем это не подходит, что с этим не так*).

I sat and pondered (я сидел и размышлял; to sit; to ponder — обдумывать, взвешивать, размышлять). I thought what an interesting case I must be from a medical point of view (думал /о том/, каким интересным случаем я, должно быть, являюсь с медицинской точки зрения; to think), what an acquisition I should be to a class (каким приобретением я был бы для группы /студентов/)! Students would have no need to "walk the hospitals," if they had me (студентам не нужно было бы «обходить больницы», если бы у них был я; need — необходимость, надобность, нужда; to walk — идти, ходить пешком; делать обход; to walk the hospitals — проходить студенческую практику в больницах). I was a hospital in myself (я сам по себе был больницей). All they need do would be to walk round me, and, after that, take their diploma (все, /что/ им нужно было бы сделать, — обойти вокруг меня и после этого получить свои дипломы).


invidious [*n*v*d**s] grasping [**r*:sp**] malignant [m**l**n*nt] seized [si:zd]


I felt rather hurt about this at first; it seemed somehow to be a sort of slight. Why hadn't I got housemaid's knee* Why this invidious reservation* After a while, however, less grasping feelings prevailed. I reflected that I had every other known malady in the pharmacology, and I grew less selfish, and determined to do without housemaid's knee. Gout, in its most malignant stage, it would appear, had seized me without my being aware of it; and zymosis I had evidently been suffering with from boyhood. There were no more diseases after zymosis, so I concluded there was nothing else the matter with me.

I sat and pondered. I thought what an interesting case I must be from a medical point of view, what an acquisition I should be to a class! Students would have no need to "walk the hospitals," if they had me. I was a hospital in myself. All they need do would be to walk round me, and, after that, take their diploma.


Then I wondered how long I had to live (потом я захотел узнать, сколько: «как долго» мне еще жить). I tried to examine myself (я попытался обследовать себя; to examine — осматривать, исследовать, изучать). I felt my pulse (пощупал свой пульс; to feel). I could not at first feel any pulse at all (я не смог сначала прощупать/найти пульс вообще). Then, all of a sudden, it seemed to start off (потом, внезапно, он /пульс/, казалось, начал биться; to start — начинать/ся/; запускать /о машине, механизме/). I pulled out my watch and timed it (я вытащил часы и засек время; to pull out — вытаскивать, выхватывать; to time — рассчитывать, назначать время; измерять продолжительность чего-либо). I made it a hundred and forty-seven to the minute (я насчитал сто сорок семь /ударов/ в минуту; to make — делать, изготовлять; получать, определять). I tried to feel my heart (я попытался нащупать свое сердце). I could not feel my heart (я не мог найти свое сердце). It had stopped beating (оно перестало биться; to stop — останавливать/ся/, прекращать/ся/). I have since been induced to come to the opinion (я позднее пришел к мнению; since — с тех пор; впоследствии, потом; to induce — заставлять, склонять; убеждать, выводить умозаключение; приводить /к чему-либо/) that it must have been there all the time (что оно, должно быть, оставалось там /в груди/ все время), and must have been beating, but I cannot account for it (и, должно быть, билось, но я не могу объяснить этого /почему я не нашел его/). I patted myself all over my front (я похлопал себя всюду спереди; all over — повсюду, на всем протяжении), from what I call my waist up to my head (/начиная/ с того, что я называю своей талией, вплоть до головы), and I went a bit round each side (и я прошелся = похлопал немного по каждому боку; to go-went-gone; round — вокруг, кругом; неподалеку), and a little way up the back (и немного вверх по спине). But I could not feel or hear anything (но не смог ничего почувствовать или услышать). I tried to look at my tongue (я попробовал посмотреть на свой язык). I stuck it out as far as ever it would go, and I shut one eye (я высунул его так далеко, как он мог высунуться = как можно дальше, и закрыл один глаз; to stick out), and tried to examine it with the other (попытался осмотреть его другим). I could only see the tip (я смог увидеть лишь кончик), and the only thing that I could gain from that was to feel more certain than before that I had scarlet fever (и единственное: «единственной вещью», чего я сумел добиться /из этого/, была еще большая, чем раньше, уверенность, что у меня скарлатина; to gain — добывать; получать, приобретать; to feel certain — быть уверенным).


heart [h*:t] tongue [t**] certain [s*:tn]


Then I wondered how long I had to live. I tried to examine myself. I felt my pulse. I could not at first feel any pulse at all. Then, all of a sudden, it seemed to start off. I pulled out my watch and timed it. I made it a hundred and forty-seven to the minute. I tried to feel my heart. I could not feel my heart. It had stopped beating. I have since been induced to come to the opinion that it must have been there all the time, and must have been beating, but I cannot account for it. I patted myself all over my front, from what I call my waist up to my head, and I went a bit round each side, and a little way up the back. But I could not feel or hear anything. I tried to look at my tongue. I stuck it out as far as ever it would go, and I shut one eye, and tried to examine it with the other. I could only see the tip, and the only thing that I could gain from that was to feel more certain than before that I had scarlet fever.


I had walked into that reading-room a happy, healthy man (я вошел в тот читальный зал счастливым, здоровым человеком). I crawled out a decrepit wreck (/а/ выполз немощной развалиной; decrepit — дряхлый, ветхий, престарелый; wreck — крушение, гибель; остатки кораблекрушения; развалины).

I went to my medical man (я пошел к своему врачу; medical man — врач-терапевт, медик). He is an old chum of mine, and feels my pulse (он мой старый приятель, и он щупает мой пульс; chum — близкий друг, приятель), and looks at my tongue, and talks about the weather (смотрит /на/ мой язык, говорит о погоде), all for nothing (и все это бесплатно), when I fancy I'm ill (когда мне кажется, что я болен; to fancy — воображать, представлять себе; полагать); so I thought I would do him a good turn by going to him now (поэтому я подумал, /что/ окажу ему добрую услугу, если отправлюсь к нему сейчас; to do a good turn — оказать хорошую услугу). "What a doctor wants (что нужно врачу; to want — желать, хотеть; нуждаться)," I said (сказал я /себе/; to say), "is practice (/так это/ практика). He shall have me (у него буду я). He will get more practice out of me than out of seventeen hundred of your ordinary, commonplace patients (он получит больше практики от меня, чем от семнадцати сотен ваших обычных, банальных больных), with only one or two diseases each (с одной-двумя болезнями каждый)." So I went straight up and saw him, and he said (итак, я пошел прямо /к нему/ и повидал/навестил его, и он сказал; to go up — подниматься, идти вверх; to see):

"Well, what's the matter with you (ну, что с тобой)*"


crawled [kr*:ld] decrepit [d**krep*t] wreck [rek] patient [*pe**(*)nt]


I had walked into that reading-room a happy, healthy man. I crawled out a decrepit wreck.

I went to my medical man. He is an old chum of mine, and feels my pulse, and looks at my tongue, and talks about the weather, all for nothing, when I fancy I'm ill; so I thought I would do him a good turn by going to him now. "What a doctor wants," I said, "is practice. He shall have me. He will get more practice out of me than out of seventeen hundred of your ordinary, commonplace patients, with only one or two diseases each." So I went straight up and saw him, and he said:

"Well, what's the matter with you*"


I said:

"I will not take up your time, dear boy (я не стану отнимать у тебя время, мой дорогой: «дорогой парень»; boy — мальчик, парень), with telling you what is the matter with me (рассказывая тебе, что со мной = чем я болен). Life is brief, and you might pass away before I had finished (жизнь коротка, и ты можешь умереть прежде, чем я закончу; to pass away — исчезать, проходить; умереть, скончаться). But I will tell you what is not the matter with me (но я скажу тебе, чем я не болен). I have not got housemaid's knee (у меня нет воспаления сумки надколенника). Why I have not got housemaid's knee, I cannot tell you (почему у меня его нет, не могу тебе сказать); but the fact remains that I have not got it (но факт остается /фактом/, что у меня нет его). Everything else, however, I have got (все остальное, тем не менее, у меня есть)."

And I told him how I came to discover it all (и я рассказал ему, как я смог обнаружить все это; to tell; to come to — приходить /к какому-либо положению дел, выводу, в какое-либо состояние/, достигать /чего либо/).

Then he opened me and looked down me (потом он раздел меня и осмотрел /сверху/ донизу; to open — открывать/ся/, раскрывать/ся/; to look — смотреть, глядеть; осматривать), and clutched hold of my wrist (схватил меня за запястье; to clutch hold of — схватить что-либо; to clutch — схватить, зажать; hold — схватывание, сжатие, захват), and then he hit me over the chest when I wasn't expecting it (затем он ударил меня в грудь, когда я не ожидал этого) — a cowardly thing to do, I call it (трусливая вещь, я называю это = подлый номер, по-моему; coward — трус) — and immediately afterwards butted me with the side of his head (и тотчас же после этого боднул меня головой; to butt — ударять головой, бодать/ся/; side — сторона; бок; край). After that, he sat down and wrote out a prescription (затем он сел и выписал рецепт; after that — после того, затем; to write out), and folded it up and gave it me (сложил его и отдал мне; to give-gave-given), and I put it in my pocket and went out (я положил его в карман и вышел; to go out).


wrist [r*st] cowardly [*kau*dl*]


I said:

"I will not take up your time, dear boy, with telling you what is the matter with me. Life is brief, and you might pass away before I had finished. But I will tell you what is not the matter with me. I have not got housemaid's knee. Why I have not got housemaid's knee, I cannot tell you; but the fact remains that I have not got it. Everything else, however, I have got."

And I told him how I came to discover it all.

Then he opened me and looked down me, and clutched hold of my wrist, and then he hit me over the chest when I wasn't expecting it — a cowardly thing to do, I call it — and immediately afterwards butted me with the side of his head. After that, he sat down and wrote out a prescription, and folded it up and gave it me, and I put it in my pocket and went out.


I did not open it (я не разворачивал рецепт). I took it to the nearest chemist's, and handed it in (я взял = отнес его в ближайшую аптеку и подал /аптекарю/; chemist — химик; аптекарь; to hand in — подавать, вручать). The man read it, and then handed it back (человек прочитал его, а потом отдал обратно; to hand back — возвращать, протягивать назад).

He said he didn't keep it (он сказал, /что/ не держит такого = подобных вещей; to keep — держать, хранить).

I said (я сказал):

"You are a chemist (вы аптекарь)*"

He said:

"I am a chemist (я аптекарь). If I was a co-operative stores and family hotel combined (если бы я был универсальным магазином и семейным пансионом в одном лице; co-operative — совместный, кооперативный; family — семья; combined — комбинированный, объединенный, совместный), I might be able to oblige you (я мог бы угодить вам; to be able to — быть в состоянии, мочь; to oblige — делать одолжение, угождать). Being only a chemist hampers me (то, что я всего лишь аптекарь, мешает мне /выполнить вашу просьбу/; to hamper — препятствовать, мешать, затруднять)."


chemist [*kem*st] hotel [h*u*tel] co-operative [k*u**p(*)r*t*v]


I did not open it. I took it to the nearest chemist's, and handed it in. The man read it, and then handed it back.

He said he didn't keep it.

I said:

"You are a chemist*"

He said:

"I am a chemist. If I was a co-operative stores and family hotel combined, I might be able to oblige you. Being only a chemist hampers me."


I read the prescription (я прочитал рецепт). It ran (он гласил; to run — бежать; гласить /о документе, тексте и т.д./; to run-ran-run):

"1 lb. beefsteak, with (1 фунт бифштекса с; lb. = libra — фунт /мера веса, около 454 г/)

1 pt. bitter beer every 6 hours (1 пинтой горького пива каждые 6 часов; pt. = pint — пинта /мера объема жидких и сыпучих тел, 0,57 л/).

1 ten-mile walk every morning (1 десятимильная прогулка каждое утро).

1 bed at 11 sharp every night (1 кровать в 11 ровно каждый вечер).

And don't stuff up your head with things you don't understand (и не забивай себе голову вещами, /которых/ не понимаешь)."

I followed the directions, with the happy result (я последовал этим указаниям, с /тем/ счастливым/благополучным результатом) — speaking for myself (говоря за себя; to speak for oneself — говорить о собственных чувствах; говорить за себя) — that my life was preserved, and is still going on (что моя жизнь была сохранена, и все еще продолжается).


hour [*au*] result [r**z*lt] preserved [pr**z*:vd]


I read the prescription. It ran:

"1 lb. beefsteak, with

1 pt. bitter beer every 6 hours.

1 ten-mile walk every morning.

1 bed at 11 sharp every night.

And don't stuff up your head with things you don't understand."

I followed the directions, with the happy result — speaking for myself — that my life was preserved, and is still going on.


In the present instance (в настоящем случае, тогда), going back to the liver-pill circular (возвращаясь к проспекту о пилюлях от /болезней/ печени), I had the symptoms, beyond all mistake (у меня были эти симптомы, без всякого сомнения; beyond — за пределами, вне; mistake — ошибка, заблуждение), the chief among them being "a general disinclination to work of any kind (главным среди них был «общее нерасположение к труду всякого рода»; work — работа; труд; занятие, дело)."

What I suffer in that way no tongue can tell (что я испытываю = как страдаю в этом смысле — не пересказать словами: «никакой язык не может рассказать»; to suffer — страдать, испытывать, переносить; way — путь, дорога; отношение, аспект). From my earliest infancy I have been a martyr to it (с моего самого раннего детства я был мучеником из-за этого; infancy — раннее детство, младенчество). As a boy, the disease hardly ever left me for a day (когда я был мальчиком, болезнь едва ли когда-нибудь покидала меня на день = не покидала ни на день; as — как, в качестве; в бытность; hardly ever — очень редко, едва ли когда-нибудь; to leave — покидать, оставлять). They did not know, then, that it was my liver (они = окружающие не знали тогда, что /дело/ было в моей печени). Medical science was in a far less advanced state than now (медицинская наука находилась в значительно менее развитом состоянии, чем теперь; advanced — передовой, развитый; продвинутый), and they used to put it down to laziness (и люди обычно приписывали это /мое состояние/ лености; used to — используется для описания регулярных действий или состояний в прошлом; to put down — опускать; записывать /на чей-либо счет/; приписывать /чему-либо/).

"Why, you skulking little devil, you (эй ты, отлынивающий от работы чертенок; why — выражает различные эмоции /удивление, несогласие, нетерпение и т.д./; to skulk — скрываться; уклоняться от работы /особенно притворяясь больным/)," they would say (говорили они), "get up and do something for your living, can't you (встань и сделай что-нибудь полезное, что ли; to do for a living — зарабатывать /чем-либо/ на жизнь)*" — not knowing, of course, that I was ill (не зная, конечно, что я болен).


chief [*i:f] disinclination [,d*s*nkl**ne**(*)n] martyr [*m*:t*] science [*sa**ns]


In the present instance, going back to the liver-pill circular, I had the symptoms, beyond all mistake, the chief among them being "a general disinclination to work of any kind."

What I suffer in that way no tongue can tell. From my earliest infancy I have been a martyr to it. As a boy, the disease hardly ever left me for a day. They did not know, then, that it was my liver. Medical science was in a far less advanced state than now, and they used to put it down to laziness.

"Why, you skulking little devil, you," they would say, "get up and do something for your living, can't you*" — not knowing, of course, that I was ill.


And they didn't give me pills (мне не давали пилюль); they gave me clumps on the side of the head (мне давали подзатыльник /по голове/; clump — заросли; ком, глыба; удар). And, strange as it may appear (и, как ни странно это может показаться), those clumps on the head often cured me — for the time being (те подзатыльники часто излечивали меня — на некоторое время; to cure — излечивать, исцелять). I have known one clump on the head have more effect upon my liver (я знаю, /что/ один подзатыльник оказывает большее действие на мою печень), and make me feel more anxious to go straight away then and there (и заставляет меня чувствовать больше желания пойти тотчас, сразу же; anxious — тревожный, беспокойный; сильно желающий), and do what was wanted to be done (и сделать /то/, что требовалось сделать), without further loss of time (без дополнительной потери времени = не теряя времени), than a whole box of pills does now (чем целая коробка пилюль оказывает теперь).

You know, it often is so (видите ли, так часто бывает) — those simple, old-fashioned remedies are sometimes more efficacious than all the dispensary stuff (/те/ простые, старомодные средства иногда более действенны, чем весь аптекарский персонал; dispensary — бесплатная аптека для бедняков; диспансер; амбулатория).


anxious [***k**s] effect [**fekt] remedy [*rem*d*] efficacious [,ef**ke***s]


And they didn't give me pills; they gave me clumps on the side of the head. And, strange as it may appear, those clumps on the head often cured me — for the time being. I have known one clump on the head have more effect upon my liver, and make me feel more anxious to go straight away then and there, and do what was wanted to be done, without further loss of time, than a whole box of pills does now.

You know, it often is so — those simple, old-fashioned remedies are sometimes more efficacious than all the dispensary stuff.


We sat there for half-an-hour, describing to each other our maladies (мы просидели полчаса, описывая друг другу свои болезни). I explained to George and William Harris how I felt when I got up in the morning (я объяснил Джорджу и Уильяму Гаррису, как я чувствую себя, когда встаю утром; to feel; to get up — вставать, подниматься), and William Harris told us how he felt when he went to bed (Уильям Гаррис рассказал нам, как он чувствует себя, когда ложится спать: «идет к кровати»; to tell; to go to bed); and George stood on the hearth-rug (Джордж встал на каминный коврик; to stand — стоять, вставать; hearth — домашний очаг; камин), and gave us a clever and powerful piece of acting (и дал нам искусное и яркое представление; to give-gave-given; clever — умный; искусный, умелый; powerful — крепкий, мощный; убедительный, яркий; piece — кусок, часть; литературное или музыкальное произведение; acting — выступление, игра /актера/, представление), illustrative of how he felt in the night (показывая, как он чувствует себя ночью; illustrative — иллюстративный, пояснительный).

George fancies he is ill (Джордж воображает, /будто/ он болен); but there's never anything really the matter with him, you know (но никогда ничего плохого в действительности с ним нет, видите ли).


half [h*:f] hearth [h*:O] piece [pi:s] illustrative [**l*str*t*v]


We sat there for half-an-hour, describing to each other our maladies. I explained to George and William Harris how I felt when I got up in the morning, and William Harris told us how he felt when he went to bed; and George stood on the hearth-rug, and gave us a clever and powerful piece of acting, illustrative of how he felt in the night.

George fancies he is ill; but there's never anything really the matter with him, you know.


At this point, Mrs. Poppets knocked at the door to know if we were ready for supper (в это время миссис Поппетс постучала/сь/ в дверь, чтобы узнать, готовы ли мы к ужину; at this point — на этой стадии, здесь). We smiled sadly at one another (мы улыбнулись печально друг другу), and said we supposed we had better try to swallow a bit (и сказали, /что/ думаем, нам лучше попробовать проглотить немного = следовало бы немного поесть; to suppose — допускать, думать, /пред/полагать). Harris said a little something in one's stomach often kept the disease in check (Гаррис сказал, немного пищи: «чего-нибудь» в желудке часто предохраняет от болезни; to keep in check — держать под контролем, сдерживать); and Mrs. Poppets brought the tray in (и миссис Поппетс внесла поднос; to bring in — вносить, приносить), and we drew up to the table (мы пододвинулись к столу; to draw up to; to draw-drew-drawn), and toyed with a little steak and onions, and some rhubarb tart (и съели немного бифштекса с луком и пирога с ревенем; to toy — играть; вертеть в руках, забавляться; steak — кусок мяса/рыбы для жарки; бифштекс; tart — домашний торт, пирог).

I must have been very weak at the time (я, должно быть, был очень слаб в то время); because I know, after the first half-hour or so (потому что, через полчаса: «после первой половины часа» или около того), I seemed to take no interest whatever in my food (я, казалось, не проявлял какого бы то ни было интереса = потерял всякий интерес к еде) — an unusual thing for me (необычная вещь для меня) — and I didn't want any cheese (и я не хотел сыра).


knocked [n*kt] onion [**nj*n] rhubarb [*ru:b*:b] tart [t*:t]


At this point, Mrs. Poppets knocked at the door to know if we were ready for supper. We smiled sadly at one another, and said we supposed we had better try to swallow a bit. Harris said a little something in one's stomach often kept the disease in check; and Mrs. Poppets brought the tray in, and we drew up to the table, and toyed with a little steak and onions, and some rhubarb tart.

I must have been very weak at the time; because I know, after the first half-hour or so, I seemed to take no interest whatever in my food — an unusual thing for me — and I didn't want any cheese.


This duty done, we refilled our glasses (выполнив эту обязанность, мы вновь наполнили наши стаканы; duty — долг, обязательство; to fill — наполнять/ся/), lit our pipes, and resumed the discussion upon our state of health (зажгли трубки и возобновили разговор о состоянии нашего здоровья; to light — зажигать/ся/, загораться; освещать; discussion — обсуждение, дебаты; беседа). What it was that was actually the matter with us (что же с нами было в действительности), we none of us could be sure of (никто из нас не мог быть уверен = точно не знал); but the unanimous opinion was that it — whatever it was (но единодушное мнение было, что эта /болезнь/ — какой бы она ни была) — had been brought on by overwork (вызвана переутомлением/чрезмерной работой; to bring on).

"What we want is rest (/все/, что нам нужно — отдых)," said Harris.

"Rest and a complete change (отдых и полная перемена /обстановки/)," said George. "The overstrain upon our brains has produced a general depression throughout the system (перенапряжение на наши мозги = нашего мозга вызвало общее угнетение всего организма; to produce — производить, создавать; служить причиной; depression — снижение; угнетенное состояние, упадок сил; throughout — через, на всем протяжении; повсюду; system — система, комплекс; организм). Change of scene, and absence of the necessity for thought, will restore the mental equilibrium (перемена обстановки и отсутствие необходимости думать восстановят умственное равновесие; scene — место действия, сцена; обстановка, окружение; mental — умственный, психический)."


unanimous [ju:*n*n*m*s] general [**en(*)r*l] scene [si:n] necessity [n**ses*t*]


This duty done, we refilled our glasses, lit our pipes, and resumed the discussion upon our state of health. What it was that was actually the matter with us, we none of us could be sure of; but the unanimous opinion was that it — whatever it was — had been brought on by overwork.

"What we want is rest," said Harris.

"Rest and a complete change," said George. "The overstrain upon our brains has produced a general depression throughout the system. Change of scene, and absence of the necessity for thought, will restore the mental equilibrium."


George has a cousin, who is usually described in the charge-sheet as a medical student (у Джорджа есть двоюродный брат, которого обычно записывают в полицейском протоколе как студента-медика; to describe — описывать, характеризовать; charge-sheet — полицейский протокол, список арестованных с указанием их проступков), so that he naturally has a somewhat family-physicianary way of putting things (поэтому у него /у Джорджа/ обычно несколько врачебный способ излагать вещи = он выражается, как домашний врач; naturally — конечно, естественно, легко; по природе; family physician — домашний врач, семейный доктор; to put — класть; выражать /каким-либо образом/, излагать).

I agreed with George, and suggested that we should seek out some retired and old-world spot (я согласился с Джорджем и предложил отыскать какое-нибудь уединенное и старосветское место; old-world — старинный, древний; старосветский), far from the madding crowd (вдалеке от безумной толпы), and dream away a sunny week among its drowsy lanes (и промечтать солнечную/веселую неделю среди его сонных закоулков; to dream away — проводить в мечтах; lane — узкая дорожка, тропинка; улочка, переулок) — some half-forgotten nook (какой-нибудь полузабытый /укромный/ уголок; to forget; nook — укромный уголок, глухое, удаленное место), hidden away by the fairies (спрятанный феями; to hide-hid-hidden), out of reach of the noisy world (вне досягаемости этого шумного мира) — some quaint-perched eyrie on the cliffs of Time (какое-нибудь старинное орлиное гнездо на утесах Времени; quaint — необычный и привлекательный; старинный и изящный; to perch — садиться /о птице/, сесть на насест; помещать высоко, возвышаться; eyrie — гнездо хищной птицы /особенно орлиное/), from whence the surging waves of the nineteenth century would sound far-off and faint (откуда вздымающиеся волны девятнадцатого века будут слышны отдаленно и слабо; to surge — подниматься; /на/хлынуть; to sound — звучать, издавать звук; faint — слабый, тусклый, нечеткий).


cousin [k*zn] drowsy [*drauz*] quaint [kwe*nt] eyrie [*a**r*; ***r*]


George has a cousin, who is usually described in the charge-sheet as a medical student, so that he naturally has a somewhat family-physicianary way of putting things.

I agreed with George, and suggested that we should seek out some retired and old-world spot, far from the madding crowd, and dream away a sunny week among its drowsy lanes — some half-forgotten nook, hidden away by the fairies, out of reach of the noisy world — some quaint-perched eyrie on the cliffs of Time, from whence the surging waves of the nineteenth century would sound far-off and faint.


Harris said he thought it would be humpy (Гаррис сказал, он думает, это будет скучно; to say; to think; hump — горб; холмик; тоска, плохое настроение). He said he knew the sort of place I meant (сказал, /что/ знает тип места, /которое/ я имею в виду = знает подобные места; to know; sort — вид, разновидность, класс; to mean — иметь в виду, подразумевать); where everybody went to bed at eight o'clock (где все ложатся спать в восемь часов; to go to bed), and you couldn't get a Referee for love or money (и вы не сможете = нельзя достать спортивную газету ни за какие деньги; referee — третейский судья; арбитр, рефери; for love or money — любой ценой, за любые деньги; love — любовь; склонность, тяга; money — деньги), and had to walk ten miles to get your baccy (и приходится пройти десять миль, чтобы раздобыть табачку; baccy — табачок, сокр. от tobacco).

"No," said Harris, "if you want rest and change, you can't beat a sea trip (если вы хотите отдыха и перемены, вы не сможете побить/превзойти морскую прогулку/путешествие = ничего лучше морской прогулки вам не найти)."

I objected to the sea trip strongly (я решительно возражал против прогулки по морю). A sea trip does you good when you are going to have a couple of months of it (путешествие по морю приносит /вам/ пользу, если вы собираетесь провести там пару месяцев; to do good — делать добро, приносить пользу), but, for a week, it is wicked (но неделя — это нехорошо; wicked — злой, нехороший; отвратительный, мерзкий).


meant [ment] referee [,ref**ri:] couple [k*pl] wicked [*w*k*d]


Harris said he thought it would be humpy. He said he knew the sort of place I meant; where everybody went to bed at eight o'clock, and you couldn't get a Referee for love or money, and had to walk ten miles to get your baccy.

"No," said Harris, "if you want rest and change, you can't beat a sea trip."

I objected to the sea trip strongly. A sea trip does you good when you are going to have a couple of months of it, but, for a week, it is wicked.


You start on Monday with the idea implanted in your bosom (вы отправляетесь в понедельник с мыслью, вселённой в ваше сердце = с уверенностью; to start — начинать/ся/; пускаться в путь; to implant — вживлять; внушать, внедрять; bosom — грудь, пазуха; душа, сердце) that you are going to enjoy yourself (что будете наслаждаться = что вас ждет удовольствие; to enjoy — получать удовольствие, наслаждаться). You wave an airy adieu to the boys on shore (вы машете веселое «прощай» = машете на прощание приятелям на берегу; airy — воздушный, легкий; веселый; грациозный), light your biggest pipe (зажигаете свою самую длинную трубку; big — большой, крупный), and swagger about the deck as if you were Captain Cook (и расхаживаете с важным видом по палубе, словно вы капитан Кук; to swagger — расхаживать с важным видом, важничать), Sir Francis Drake, and Christopher Columbus all rolled into one (сэр Фрэнсис Дрейк и Христофор Колумб в одном лице: «все свернутые в одно»; to roll — катить/ся/, вращать/ся/; свертывать/ся/, сворачивать/ся/). On Tuesday, you wish you hadn't come (во вторник вы желаете, /чтобы/ вы не поехали = жалеете, что поехали). On Wednesday, Thursday, and Friday, you wish you were dead (в среду, четверг и пятницу вы жалеете, что родились: «желаете, чтобы вы были мертвы»). On Saturday, you are able to swallow a little beef tea (в субботу вы в состоянии проглотить немного крепкого бульона; beef — говядина; tea — чай; настой, крепкий отвар или бульон), and to sit up on deck, and answer with a wan, sweet smile (и сидеть на палубе, и отвечать с бледной, приятной улыбкой; to sit up — садиться, сидеть прямо; wan — бледный, болезненный, слабый; sweet — сладкий; приятный, милый) when kind-hearted people ask you how you feel now (когда добросердечные люди спрашивают, как вы себя чувствуете). On Sunday, you begin to walk about again, and take solid food (в воскресенье вы снова начинаете прогуливаться и принимать твердую пищу; to walk about — прогуливаться, расхаживать). And on Monday morning, as, with your bag and umbrella in your hand (а в понедельник утром, когда с чемоданом и зонтиком в руке; bag — сумка, мешок; чемодан), you stand by the gunwale, waiting to step ashore (вы стоите у перил, ожидая = собираясь сойти на берег; gunwale — планширь /перила поверх судового леерного ограждения или фальшборта/), you begin to thoroughly like it (вам начинает действительно нравиться /поездка/; thoroughly — полностью, совершенно; тщательно).


bosom [*buz*m] adieu [**dju:] thoroughly [*O*r*l*]


You start on Monday with the idea implanted in your bosom that you are going to enjoy yourself. You wave an airy adieu to the boys on shore, light your biggest pipe, and swagger about the deck as if you were Captain Cook, Sir Francis Drake, and Christopher Columbus all rolled into one. On Tuesday, you wish you hadn't come. On Wednesday, Thursday, and Friday, you wish you were dead. On Saturday, you are able to swallow a little beef tea, and to sit up on deck, and answer with a wan, sweet smile when kind-hearted people ask you how you feel now. On Sunday, you begin to walk about again, and take solid food. And on Monday morning, as, with your bag and umbrella in your hand, you stand by the gunwale, waiting to step ashore, you begin to thoroughly like it.


I remember my brother-in-law going for a short sea trip once (помню, мой зять отправился в короткое морское путешествие однажды; brother-in-law — зять; шурин; свояк; brother — брат; law — закон), for the benefit of his health (чтобы поправить свое здоровье; for the benefit of — для, ради, на благо; benefit — выгода, польза). He took a return berth from London to Liverpool (он взял билет от Лондона до Ливерпуля и обратно; to take; return — возвращение; билет в оба конца; berth — койка, спальное место); and when he got to Liverpool, the only thing he was anxious about was to sell that return ticket (а когда он добрался до Ливерпуля, единственной вещью, о которой он беспокоился, было продать тот /обратный/ билет; to get).

It was offered round the town at a tremendous reduction, so I am told (он /билет/ предлагался по всему городу с огромной скидкой, /так/ мне рассказывали; round — вокруг, кругом, повсюду, на всем протяжении; tremendous — страшный, гигантский; громадный; to tell); and was eventually sold for eighteenpence to a bilious-looking youth (и был в конце концов продан за восемнадцать пенсов молодому человеку, больному желтухой: «желтушно выглядевшему»; to sell; bilious — желчный, желтушный) who had just been advised by his medical men to go to the sea-side, and take exercise (которому его врач как раз/только что посоветовал отправиться к морскому берегу и больше двигаться = делать моцион; sea-side — морской берег, побережье; to take exercise — делать моцион, гимнастику; exercise — упражнение, тренировка; зарядка).


law [l*:] anxious [***k**s] tremendous [tr**mend*s] bilious [*b*lj*s] exercise [*eks*sa*z]


I remember my brother-in-law going for a short sea trip once, for the benefit of his health. He took a return berth from London to Liverpool; and when he got to Liverpool, the only thing he was anxious about was to sell that return ticket.

It was offered round the town at a tremendous reduction, so I am told; and was eventually sold for eighteenpence to a bilious-looking youth who had just been advised by his medical men to go to the sea-side, and take exercise.


"Sea-side (морского берега)!" said my brother-in-law, pressing the ticket affectionately into his hand (сказал мой зять, нежно/ласково втискивая билет в его руку; to press into — втискивать, вталкивать; всовывать); "why, you'll have enough to last you a lifetime (вы будете иметь достаточно = вам хватит на всю жизнь; to last — продолжаться, длиться; сохраняться); and as for exercise (а что касается движения/гимнастики)! why, you'll get more exercise, sitting down on that ship (вы получите этого больше, садясь = сев на этот корабль), than you would turning somersaults on dry land (чем /если бы/ вы кувыркались на суше: «сухой земле»; to turn somersault — кувыркаться; to turn — поворачивать/ся/, кружиться)."

He himself — my brother-in-law — came back by train (сам он — мой зять — вернулся поездом). He said the North-Western Railway was healthy enough for him (он сказал, Северо-Западная железная дорога была достаточно полезна для него; to say; healthy — здоровый; полезный, благотворный).

Another fellow I knew went for a week's voyage round the coast (другой приятель, которого я знал = другой мой знакомый отправился в недельное /морское/ путешествие вдоль побережья), and, before they started, the steward came to him to ask (и, прежде чем они отплыли, стюард пришел к нему спросить; steward — официант на пассажирском морском судне или на пассажирском самолете; бортпроводник) whether he would pay for each meal as he had it (будет ли он платить за каждый обед /во время еды/; whether — ли; meal — прием пищи, еда; to have a meal — есть, кушать), or arrange beforehand for the whole series (или заплатит заранее за весь комплекс; to arrange — приводить в порядок, устраивать; договариваться; beforehand — заранее, заблаговременно; series — серия, комплект).


affectionately [**fek**n*tl*] somersault [*s*m*s*:lt] voyage [*v****] steward [*stju*d]


"Sea-side!" said my brother-in-law, pressing the ticket affectionately into his hand; "why, you'll have enough to last you a lifetime; and as for exercise! why, you'll get more exercise, sitting down on that ship, than you would turning somersaults on dry land."

He himself — my brother-in-law — came back by train. He said the North-Western Railway was healthy enough for him.

Another fellow I knew went for a week's voyage round the coast, and, before they started, the steward came to him to ask whether he would pay for each meal as he had it, or arrange beforehand for the whole series.


The steward recommended the latter course (стюард рекомендовал второй вариант; the latter — второй, последний /из двух названных/; course — курс, направление; образ действия; блюдо), as it would come so much cheaper (так как это выйдет намного дешевле). He said they would do him for the whole week at two pounds five (он сказал, они /завтраки, обеды, ужины/ обойдутся ему за всю неделю в два фунта пять /шиллингов/; to do — делать, осуществлять; обходиться, довольствоваться). He said for breakfast there would be fish, followed by a grill (он сказал, на завтрак будет рыба, за которой следует мясо = потом мясо; grill — мясо-гриль, рыба-гриль). Lunch was at one, and consisted of four courses (ленч/второй завтрак был в час и состоял из четырех блюд). Dinner at six (обед в шесть) — soup, fish, entree (суп, рыба, закуска; entree — блюдо, подаваемое между рыбой и жарким), joint, poultry, salad (жаркое, домашняя птица, салат; joint — сустав, соединение; мясной отруб), sweets, cheese, and dessert (сладкое, сыр и десерт; sweet — леденец, конфета, сладость). And a light meat supper at ten (и легкий мясной ужин в десять).

My friend thought he would close on the two-pound-five job (he is a hearty eater), and did so (мой друг подумал, /что/ остановится = решил остановиться на варианте два фунта пять /шиллингов/ (он большой любитель поесть), и сделал так; to close on — закрывать/ся/, заканчивать/ся/; приближаться; job — работа, труд; заказ; hearty — сердечный; обильный /о пище/, энергичный).

Lunch came just as they were off Sheerness (второй завтрак подали: «прибыл», как раз когда они покинули Ширнесс; to come). He didn't feel so hungry as he thought he should (он не чувствовал себя настолько голодным, как он полагал, он должен бы /чувствовать/), and so contented himself with a bit of boiled beef (и поэтому довольствовался небольшим куском вареной говядины; a bit — немного, чуть-чуть; to boil — варить/ся/, кипятить/ся/), and some strawberries and cream (и земляникой/клубникой со сливками; strawberry: straw — солома; berry — ягода). He pondered a good deal during the afternoon (он много размышлял в послеобеденное время; to ponder — обдумывать, размышлять; a good deal — много, множество; сильно), and at one time it seemed to him (и иногда: «в одно время» ему казалось; иногда… а иногда — at times… at other times) that he had been eating nothing but boiled beef for weeks (что он не ел ничего, кроме вареной говядины, в течение недель), and at other times it seemed that he must have been living on strawberries and cream for years (а иногда: «в другие времена» казалось, что он, должно быть, годами жил на /одной/ землянике со сливками).


course [k*:s] breakfast [*brekf*st] entree [**ntre*] poultry [*p*ultr*] dessert [d**z*:t]


The steward recommended the latter course, as it would come so much cheaper. He said they would do him for the whole week at two pounds five. He said for breakfast there would be fish, followed by a grill. Lunch was at one, and consisted of four courses. Dinner at six — soup, fish, entree, joint, poultry, salad, sweets, cheese, and dessert. And a light meat supper at ten.

My friend thought he would close on the two-pound-five job (he is a hearty eater), and did so.

Lunch came just as they were off Sheerness. He didn't feel so hungry as he thought he should, and so contented himself with a bit of boiled beef, and some strawberries and cream. He pondered a good deal during the afternoon, and at one time it seemed to him that he had been eating nothing but boiled beef for weeks, and at other times it seemed that he must have been living on strawberries and cream for years.


Neither the beef nor the strawberries and cream seemed happy, either (ни говядина, ни земляника не казались радостными = были не в восторге; happy — счастливый; довольный, веселый; either — любой /из двух/; один из двух; и тот и другой; тоже /в отрицательных предложениях/) — seemed discontented like (/они/ казались также недовольными = им не хотелось оставаться там, куда они попадали /в желудке/; discontented — недовольный, неудовлетворенный).

At six, they came and told him dinner was ready (в шесть пришли и сказали ему, /что/ обед готов; to come; to tell). The announcement aroused no enthusiasm within him (это сообщение не вызвало никакого восторга у него: «в нем»; to arouse — пробуждать/ся/, вызывать; enthusiasm — восторг, воодушевление; энтузиазм), but he felt that there was some of that two-pound-five to be worked off (но он посчитал, что там была некоторая часть тех двух фунтов пяти /шиллингов/, /которая должна/ быть отработана = что надо отработать…; to feel; to work off — освободиться от; распродать /товар/; отработать /долг/), and he held on to ropes and things and went down (и он, хватаясь за канаты и другие предметы, спустился /вниз/; to hold on to — держаться за; rope — канат, веревка, трос). A pleasant odour of onions and hot ham (приятный аромат лука и горячего окорока; odour — запах; аромат, благоухание; ham — бедро, ляжка; окорок, ветчина), mingled with fried fish and greens (смешанный с /запахом/ жареной рыбы и овощей; green — зеленый цвет, краска; зелень /укроп, петрушка и т.д./; овощи зеленого цвета), greeted him at the bottom of the ladder (встретил его у подножия трапа; to greet — приветствовать; встречать; доноситься /о звуке/; bottom — нижняя часть, дно, основание; ladder — лестница, трап); and then the steward came up with an oily smile, and said (затем стюард подошел с угодливой/масленой улыбкой и сказал; to come up — подниматься, всходить; подходить, приближаться; oily — жирный, масляный; льстивый, елейный):

"What can I get you, sir (что я могу принести вам, сэр; to get — получать, доставать, добывать)*"


announcement [**naunsm*nt] odour [**ud*] onion [**nj*n]


Neither the beef nor the strawberries and cream seemed happy, either — seemed discontented like.

At six, they came and told him dinner was ready. The announcement aroused no enthusiasm within him, but he felt that there was some of that two-pound-five to be worked off, and he held on to ropes and things and went down. A pleasant odour of onions and hot ham, mingled with fried fish and greens, greeted him at the bottom of the ladder; and then the steward came up with an oily smile, and said:

"What can I get you, sir*"


"Get me out of this (вызволите меня отсюда)," was the feeble reply (был слабый ответ).

And they ran him up quick (его подняли наверх быстро; to run up), and propped him up, over to leeward, and left him (прислонили /к борту/ с подветренной стороны и оставили /одного/; to prop up — подпирать, поддерживать; to leave — покидать, оставлять).

For the next four days he lived a simple and blameless life on thin captain's biscuits (следующие четыре дня он вел простую и безупречную жизнь, /питаясь/ тонким печеньем капитана; to live — жить, существовать; кормиться; blameless — безукоризненный, беспорочный; blame — осуждение; виновность; biscuit — сухое печенье; галета) (I mean that the biscuits were thin, not the captain) and soda-water (я имею в виду, что печенье было тонким, а не капитан, и содовой водой); but, towards Saturday, he got uppish (но к субботе он набрался дерзости; uppish — чванливый, наглый, спесивый, дерзкий), and went in for weak tea and dry toast (и позволил себе /выпить/ слабого чаю и /съесть/ поджаренный хлеб; to go in for — интересоваться, увлекаться /чем-либо/; позволять, разрешать себе /что-либо/; dry — сухой), and on Monday he was gorging himself on chicken broth (а в понедельник он /уже/ объедался куриным бульоном; to gorge — обжираться, набивать брюхо, поглощать; наполнять что-либо; chicken — цыпленок, курица; broth — суп, похлебка, бульон). He left the ship on Tuesday (он покинул корабль = сошел на сушу во вторник), and as it steamed away from the landing-stage he gazed after it regretfully (и когда оно /судно/ отходило от пристани, выпуская пар, он провожал его печальным взглядом; to steam — выпускать пар, парить; to gaze — пристально глядеть, уставиться; to gaze after — провожать взглядом; regretful — печальный, сожалеющий; regret — сожаление).


gorging [***:***] Tuesday [*tju:zd*] regretful [r***retful]


"Get me out of this," was the feeble reply.

And they ran him up quick, and propped him up, over to leeward, and left him.

For the next four days he lived a simple and blameless life on thin captain's biscuits (I mean that the biscuits were thin, not the captain) and soda-water; but, towards Saturday, he got uppish, and went in for weak tea and dry toast, and on Monday he was gorging himself on chicken broth. He left the ship on Tuesday, and as it steamed away from the landing-stage he gazed after it regretfully.


"There she goes (вот он плывет; there she goes — как разошлась! Нечего сказать! Полюбуйтесь на нее!; в английском языке корабли, лодки и т.д. женского рода)," he said, "there she goes, with two pounds' worth of food on board (плывет с пищей на два фунта на борту = увозит пищи на два фунта; worth — цена, стоимость, ценность) that belongs to me, and that I haven't had (которая принадлежит мне, и которую я не съел)."

He said that if they had given him another day he thought he could have put it straight (он говорил, что если бы ему дали еще один день, он полагает, что смог бы поправить дело; to give; to think; to put straight — приводить в порядок).

So I set my face against the sea trip (поэтому я воспротивился морскому путешествию; to set face against — /решительно/ противиться чему-либо, относиться враждебно). Not, as I explained, upon my own account (как я объяснил, не из-за себя; account — счет; мнение; основание, причина; on one's own account — в своих собственных интересах). I was never queer (меня никогда не укачивает; queer — странный, чудной; нездоровый, чувствующий недомогание). But I was afraid for George (но я боялся за Джорджа). George said he should be all right, and would rather like it (Джордж сказал, он с ним все будет в порядке, и ему оно /путешествие/ скорее всего понравится; rather — лучше, предпочтительнее; скорее; весьма), but he would advise Harris and me not to think of it (но он посоветовал бы Гаррису и мне /даже/ не думать об этом), as he felt sure we should both be ill (потому как был уверен, /что/ мы оба будем больны = заболеем). Harris said that, to himself, it was always a mystery (Гаррис сказал, что для него всегда тайна; mystery — тайна, загадка) how people managed to get sick at sea (как люди умудряются чувствовать тошноту в море, страдать морской болезнью; to manage — справляться, обходиться; ухитриться, суметь сделать; sick — нездоровый, чувствующий тошноту) — said he thought people must do it on purpose, from affectation (сказал, он думает, люди, должно быть, делают это нарочно, притворяются; affectation — манерность, неестественность, притворство) — said he had often wished to be, but had never been able (сказал, ему часто хотелось быть /больным/ = заболеть, но никогда не получалось; to be able — быть в состоянии, суметь).


account [**kaunt] mystery [*mist(*)r*] purpose [*p*:p*s]


"There she goes," he said, "there she goes, with two pounds' worth of food on board that belongs to me, and that I haven't had."

He said that if they had given him another day he thought he could have put it straight.

So I set my face against the sea trip. Not, as I explained, upon my own account. I was never queer. But I was afraid for George. George said he should be all right, and would rather like it, but he would advise Harris and me not to think of it, as he felt sure we should both be ill. Harris said that, to himself, it was always a mystery how people managed to get sick at sea — said he thought people must do it on purpose, from affectation — said he had often wished to be, but had never been able.


Then he told us anecdotes of how he had gone across the Channel (потом он рассказал нам /несколько/ случаев, как он пересекал Ла-Манш; anecdote — короткий рассказ; эпизод, случай; across — поперек; в ширину; от края до края; channel — канал, пролив) when it was so rough that the passengers had to be tied into their berths (когда /море/ было настолько бурным, что пассажиров приходилось привязывать к койкам; rough — грубый, жесткий; бурный /о море/, суровый /о климате/), and he and the captain were the only two living souls on board who were not ill (а он и капитан были единственными /двумя живыми душами/ на борту, кто не болел). Sometimes it was he and the second mate who were not ill (иногда это были он и второй помощник капитана, кто не болел); but it was generally he and one other man (но как правило, это были = здоровыми оставались он и еще кто-нибудь). If not he and another man, then it was he by himself (если не он и кто-нибудь еще, то он один).

It is a curious fact, but nobody ever is sea-sick — on land (любопытное дело, но никто никогда не страдает морской болезнью на суше). At sea, you come across plenty of people very bad indeed (в море вы встречаете множество людей, действительно очень больных; to come across — /случайно/ встретиться с кем-либо; /неожиданно/ натолкнуться; bad — плохой, скверный; испорченный; больной), whole boat-loads of them (целые лодки /их/; boatload — полная нагрузка лодки; load — груз); but I never met a man yet, on land (но я никогда не встречал еще человека на суше), who had ever known at all what it was to be sea-sick (который бы вообще знал, что значит страдать морской болезнью; to know). Where the thousands upon thousands of bad sailors that swarm in every ship (куда тысячи и тысячи плохо переносящих качку, которые кишат на каждом корабле; sailor — матрос, моряк; to be a bad sailor — плохо переносить качку на море; to swarm — толпиться, кишеть) hide themselves when they are on land is a mystery (прячутся, когда оказываются на берегу, — это тайна).


rough [r*f] curious [*kju(*)r**s] thousand [*Oauz(*)nd] swarm [sw*:m]


Then he told us anecdotes of how he had gone across the Channel when it was so rough that the passengers had to be tied into their berths, and he and the captain were the only two living souls on board who were not ill. Sometimes it was he and the second mate who were not ill; but it was generally he and one other man. If not he and another man, then it was he by himself.

It is a curious fact, but nobody ever is sea-sick — on land. At sea, you come across plenty of people very bad indeed, whole boat-loads of them; but I never met a man yet, on land, who had ever known at all what it was to be sea-sick. Where the thousands upon thousands of bad sailors that swarm in every ship hide themselves when they are on land is a mystery.


If most men were like a fellow I saw on the Yarmouth boat one day (если бы большинство людей было похоже на парня, /которого/ я видел однажды на ярмутском = шедшем в Ярмут корабле; boat — лодка, шлюпка; корабль, судно), I could account for the seeming enigma easily enough (я мог бы объяснить эту кажущуюся тайну довольно легко; to account for — давать отчет; объяснять; принимать во внимание). It was just off Southend Pier, I recollect (/корабль/ как раз отошел от саусэндского мола, /насколько/ помню; to be off — уходить; начинать движение; pier — мол; волнолом; дамба, пирс, причал; to recollect — вспоминать, припоминать), and he was leaning out through one of the port-holes in a very dangerous position (и он /парень/ высовывался из иллюминатора в очень опасном положении; port-hole: port — порт; отверстие; левый борт; hole — дыра, отверстие). I went up to him to try and save him (я подошел к нему, чтобы попытаться спасти его).

"Hi (эй)! come further in (отойдите назад; to come in — входить; further — добавочный, дальнейший; дальше)," I said, shaking him by the shoulder (сказал я, тряся его за плечо). "You'll be overboard (вы упадете за борт; overboard — за борт; за бортом)."

"Oh my! I wish I was (ну да, я этого и хочу; oh my — вот тебе на! вот это да! подумать только!)," was the only answer I could get (был единственный ответ, /который/ я смог получить); and there I had to leave him (и здесь = и на этом мне пришлось оставить его).

Three weeks afterwards, I met him in the coffee-room of a Bath hotel (три недели спустя я встретил его в столовой гостиницы в Бате; afterwards — впоследствии, позднее, потом; to meet; coffee-room — кафе, столовая в гостинице), talking about his voyages, and explaining, with enthusiasm, how he loved the sea (говорившего = где он рассказывал о своих плаваниях и объяснял с воодушевлением, как он любит море).


dangerous [*de*n**r*s] answer [**:ns*] enthusiasm [*n*Oju:z**zm]


If most men were like a fellow I saw on the Yarmouth boat one day, I could account for the seeming enigma easily enough. It was just off Southend Pier, I recollect, and he was leaning out through one of the port-holes in a very dangerous position. I went up to him to try and save him.

"Hi! come further in," I said, shaking him by the shoulder. "You'll be overboard."

"Oh my! I wish I was," was the only answer I could get; and there I had to leave him.

Three weeks afterwards, I met him in the coffee-room of a Bath hotel, talking about his voyages, and explaining, with enthusiasm, how he loved the sea.


"Good sailor (укачивало ли; to be a good sailor — хорошо переносить качку на море)!" he replied in answer to a mild young man's envious query (сказал он в ответ на завистливый вопрос какого-то кроткого молодого человека; to reply — отвечать, отзываться; envious — завистливый, завидующий; query — вопрос; сомнение); "well, I did feel a little queer once, I confess (ну, признаюсь, меня немного подташнивало однажды; to confess — признавать/ся/, сознаваться). It was off Cape Horn (это было у мыса Горн). The vessel was wrecked the next morning (судно потерпело крушение на следующее утро)."

I said:

"Weren't you a little shaky by Southend Pier one day (/разве/ вы не приболели немного у саусэндского мола однажды; shaky — трясущийся, дрожащий; слабый, шаткий /о здоровье/; нетвердый), and wanted to be thrown overboard (и хотели, чтобы вас выбросило за борт; to throw-threw-thrown)*"

"Southend Pier!" he replied, with a puzzled expression (ответил = повторил он с озадаченным выражением /лица/).

"Yes; going down to Yarmouth, last Friday three weeks (да, плывя в Ярмут, в прошлую пятницу, три недели /назад/; to go down — спускаться, опускаться)."


envious [*env**s] query [*kw**r*] wrecked [rekt]


"Good sailor!" he replied in answer to a mild young man's envious query; "well, I did feel a little queer once, I confess. It was off Cape Horn. The vessel was wrecked the next morning."

I said:

"Weren't you a little shaky by Southend Pier one day, and wanted to be thrown overboard*"

"Southend Pier!" he replied, with a puzzled expression.

"Yes; going down to Yarmouth, last Friday three weeks."


"Oh, ah — yes (ах, да)," he answered, brightening up (ответил он, сияя; to brighten up — прояснять/ся/, просиять; наполняться радостью); "I remember now (вспоминаю теперь). I did have a headache that afternoon (у меня действительно болела голова в тот день; to have a headache — страдать от головной боли; afternoon — время после полудня; послеобеденное время). It was the pickles, you know (это были пикули = это из-за пикулей, знаете; pickles — соленья, пикули, соленые или маринованные огурцы). They were the most disgraceful pickles I ever tasted in a respectable boat (это были самые позорные = отвратительные пикули, /которые/ я когда-либо пробовал на приличном корабле; respectable — почтенный, представительный; респектабельный; приличный). Did you have any (а вы пробовали /их/)*"

For myself, I have discovered an excellent preventive against sea-sickness, in balancing myself (что касается меня, я обнаружил превосходное профилактическое средство против морской болезни, /состоящее/ в сохранении равновесия; preventive — предупредительный, предохранительный; профилактическое средство). You stand in the centre of the deck (вы становитесь в центр палубы), and, as the ship heaves and pitches (и, когда корабль качается; to heave — вздыматься, подниматься и опускаться /обычно в каком-либо ритме/; to pitch — падать, подвергаться килевой качке /о корабле/), you move your body about, so as to keep it always straight (вы двигаете свое тело так, чтобы всегда держать его прямым; to move about — переходить с места на место, переезжать; передвигать; body — тело, туловище). When the front of the ship rises, you lean forward (когда нос корабля поднимается, вы наклоняетесь вперед; front — фасад; передняя сторона; носовая часть), till the deck almost touches your nose (до тех пор, пока палуба почти касается вашего носа); and when its back end gets up, you lean backwards (а когда его задняя часть поднимается, вы откидываетесь назад). This is all very well for an hour or two (все это очень хорошо на час или два); but you can't balance yourself for a week (но вы не сможете сохранять равновесие неделю).


headache [*hede*k] respectable [r*s*pekt*b(*)l] disgraceful [d*s**re*sful]


"Oh, ah — yes," he answered, brightening up; "I remember now. I did have a headache that afternoon. It was the pickles, you know. They were the most disgraceful pickles I ever tasted in a respectable boat. Did you have any*"

For myself, I have discovered an excellent preventive against sea-sickness, in balancing myself. You stand in the centre of the deck, and, as the ship heaves and pitches, you move your body about, so as to keep it always straight. When the front of the ship rises, you lean forward, till the deck almost touches your nose; and when its back end gets up, you lean backwards. This is all very well for an hour or two; but you can't balance yourself for a week.


George said:

"Let's go up the river (давайте поднимемся по реке/отправимся вверх по реке)."

He said we should have fresh air, exercise and quiet (он сказал, у нас будет свежий воздух, моцион: «упражнение = физическая нагрузка» и тишина/покой); the constant change of scene would occupy our minds (постоянная смена пейзажа займет наши мысли; scene — место действия, окружение; пейзаж, картина; mind — разум, ум, память; мысль, намерение) (including what there was of Harris's (включая и /то/, что было в /голове/ Гарриса)); and the hard work would give us a good appetite, and make us sleep well (а тяжелая /физическая/ работа даст нам = вызовет хороший аппетит и заставит нас = поможет нам хорошо спать).

Harris said he didn't think George ought to do anything (Гаррис сказал, он не думает, /что/ Джорджу следует делать что-либо) that would have a tendency to make him sleepier than he always was (что будет иметь тенденцию к тому, чтобы сделать его более сонным, чем он есть всегда), as it might be dangerous (так как это может быть опасным).


occupy [**kjupa*] appetite [**p*ta*t] tendency [*tend*ns*]


George said:

"Let's go up the river."

He said we should have fresh air, exercise and quiet; the constant change of scene would occupy our minds (including what there was of Harris's); and the hard work would give us a good appetite, and make us sleep well.

Harris said he didn't think George ought to do anything that would have a tendency to make him sleepier than he always was, as it might be dangerous.


He said he didn't very well understand (он сказал, /что/ не очень хорошо понимает) how George was going to sleep any more than he did now (как Джордж собирается спать больше, чем он спит теперь), seeing that there were only twenty-four hours in each day (если принять во внимание, что в каждых сутках только двадцать четыре часа; to see — видеть, смотреть; понимать, сознавать; seeing — ввиду того, что; принимая во внимание), summer and winter alike (летом и зимой одинаково); but thought that if he did sleep any more (но считает, что если бы тот действительно спал больше), he might just as well be dead (он мог бы с тем же успехом быть мертвым), and so save his board and lodging (и таким образом сэкономить /деньги/ за квартиру и стол; board and lodging — квартира и стол, полный пансион; board — доска; обеденный, накрытый стол; питание; lodging — жилище, жилье).

Harris said, however, that the river would suit him to a "T" (Гаррис сказал, однако, что река подойдет ему полностью; to a T — в совершенстве, точь-в-точь, как раз; T-square — рейсшина /линейка с перекладиной на одном конце для проведения параллельных линий/). I don't know what a "T" is (не знаю, что такое «ти») (except a sixpenny one, which includes bread-and-butter and cake ad lib. (кроме шестипенсового чая, который включает хлеб с маслом и торт по желанию; t [ti:]; tea [ti:] — чай; ad lib. = ad libitum — как угодно, по желанию, на выбор), and is cheap at the price, if you haven't had any dinner (дешевый по цене, если вы не обедали)). It seems to suit everybody, however, which is greatly to its credit (кажется, он подходит всем, тем не менее, что значительно для его чести = делает ему честь; credit — доверие; хорошая репутация, доброе имя).

It suited me to a "T" too (река тоже устраивала меня «полностью»), and Harris and I both said it was a good idea of George's (Гаррис и я оба сказали, /что/ это хорошая мысль Джорджа); and we said it in a tone that seemed to somehow imply (мы сказали это с таким выражением, которое так или иначе показывало; tone — тон, интонация; выражение; to imply — предполагать, подразумевать; выражать неявно, иметь в виду, намекать) that we were surprised that George should have come out so sensible (будто мы удивлены, что Джордж оказался таким благоразумным; to come out — выходить, появляться; обнаружиться /об информации и т.д./; проявить себя в чем-либо; sensible — благоразумный, здравомыслящий; sense — чувство, ощущение; здравый смысл, рассудок).


except [*k*sept] suited [*sju:t*d] idea [a**d**] sensible [*sens*b(*)l]


He said he didn't very well understand how George was going to sleep any more than he did now, seeing that there were only twenty-four hours in each day, summer and winter alike; but thought that if he did sleep any more, he might just as well be dead, and so save his board and lodging.

Harris said, however, that the river would suit him to a "T". I don't know what a "T" is (except a sixpenny one, which includes bread-and-butter and cake ad lib., and is cheap at the price, if you haven't had any dinner). It seems to suit everybody, however, which is greatly to its credit.

It suited me to a "T" too, and Harris and I both said it was a good idea of George's; and we said it in a tone that seemed to somehow imply that we were surprised that George should have come out so sensible.


The only one who was not struck with the suggestion was Montmorency (единственным, кто не был в восторге от этого предложения: «не был поражен этим предложением», был Монморенси; to strike — ударять/ся/, бить; поражать, производить впечатление). He never did care for the river, did Montmorency (он никогда не питал любви к реке, /этот/ Монморенси; to care for — нравиться, любить; питать интерес к; заботиться о).

"It's all very well for you fellows (это все прекрасно для вас, приятели)," he says; "you like it, but I don't (вам это нравится, а мне нет). There's nothing for me to do (там мне делать нечего). Scenery is not in my line, and I don't smoke (пейзаж/ландшафт — это не для меня, и я не курю; in line — находящийся на одной линии; in somebody`s line — соответствующий чьим-либо интересам, склонностям). If I see a rat, you won't stop (если я увижу крысу, вы не остановитесь; won't = will not); and if I go to sleep, you get fooling about with the boat, and slop me overboard (а если засну, вы начнете дурачиться на лодке и опрокинете меня за борт; to fool about — играть, забавляться; дурачиться; fool — дурак, глупец; to slop — проливать/ся/, расплескивать/ся/). If you ask me, I call the whole thing bally foolishness (если спросите меня, я назову все это дело полной глупостью; bally — страшный, ужасный, чертовский)."

We were three to one, however, and the motion was carried (нас было трое к одному = против одного, однако, и предложение было принято).


suggestion [s***es*(*)n] bally [*b*l*] foolishness [*fu:l**n*s]


The only one who was not struck with the suggestion was Montmorency. He never did care for the river, did Montmorency.

"It's all very well for you fellows," he says; "you like it, but I don't. There's nothing for me to do. Scenery is not in my line, and I don't smoke. If I see a rat, you won't stop; and if I go to sleep, you get fooling about with the boat, and slop me overboard. If you ask me, I call the whole thing bally foolishness."

We were three to one, however, and the motion was carried.

CHAPTER II

(глава вторая)

Plans discussed (планы обсуждены). — Pleasures of "camping-out," on fine nights (прелести ночевки под открытым небом в хорошие/ясные ночи; pleasure — удовольствие, наслаждение, радость; to camp out — ночевать в палатках или на открытом воздухе). — Ditto, wet nights (то же — во влажные, сырые ночи; ditto — то же, такой же /для избежания повторения сказанных ранее слов/). — Compromise decided on (пошли на компромисс; to decide on — выбирать, решаться на что). — Montmorency, first impressions of (Монморенси, его первые впечатления). — Fears lest he is too good for this world (опасения, что он слишком хорош для этого мира; fear — боязнь, опасение, страх; lest — чтобы не, как бы не), fears subsequently dismissed as groundless (опасения впоследствии отброшены как безосновательные; to dismiss — распускать, увольнять; отвергать, выбрасывать из головы; groundless — безосновательный, беспричинный; ground — земля, почва; причина, основание). — Meeting adjourns (заседание откладывается; meeting — заседание, митинг, собрание; to adjourn — откладывать, отсрочивать, оттягивать).


Plans discussed. — Pleasures of "camping-out," on fine nights. — Ditto, wet nights. — Compromise decided on. — Montmorency, first impressions of. — Fears lest he is too good for this world, fears subsequently dismissed as groundless. — Meeting adjourns.


WE pulled out the maps, and discussed plans (мы вытащили карты и обсудили планы).

We arranged to start on the following Saturday from Kingston (мы договорились отправиться /в путешествие/ в следующую субботу от Кингстона). Harris and I would go down in the morning (Гаррис и я спустимся /туда/ утром), and take the boat up to Chertsey (и приведем лодку вверх до Чертси), and George, who would not be able to get away from the City till the afternoon (а Джордж, который не сможет выбраться из Сити до полудня; the City — Сити, деловой центр Лондона) (George goes to sleep at a bank from ten to four each day, except Saturdays, when they wake him up and put him outside at two) (Джордж засыпает = спит в банке с десяти до четырех каждый день, кроме суббот, когда его будят и выставляют /за дверь/ в два; to put out — выгонять; устранять; выставлять; outside — снаружи, извне; вовне, наружу), would meet us there (встретит нас там).


compromise [*k*mpr*ma*z] subsequently [*s*bs*kw*ntl*] adjourn [****:n]


WE pulled out the maps, and discussed plans.

We arranged to start on the following Saturday from Kingston. Harris and I would go down in the morning, and take the boat up to Chertsey, and George, who would not be able to get away from the City till the afternoon (George goes to sleep at a bank from ten to four each day, except Saturdays, when they wake him up and put him outside at two), would meet us there.


Should we "camp out" or sleep at inns (следует ли нам ночевать на открытом воздухе или в гостиницах; inn — гостиница, постоялый двор, трактир)*

George and I were for camping out (Джордж и я были за ночевку на воздухе). We said it would be so wild and free, so patriarchal like (мы сказали, это будет так дико и свободно, так патриархально; like — аналогичный, подобный).

Slowly the golden memory of the dead sun fades from the hearts of the cold, sad clouds (медленно золотое воспоминание о безжизненном солнце исчезает из сердец холодных, печальных облаков; dead — мертвый, умерший; безжизненный, потухший; to fade — увядать, угасать; тускнеть; постепенно исчезать, расплываться). Silent, like sorrowing children, the birds have ceased their song (безмолвные, словно печальные дети, птицы прекратили свою песню; to sorrow — горевать, печалиться; to cease — переставать, прекращать/ся/), and only the moorhen's plaintive cry and the harsh croak of the corncrake (и только заунывный крик куропатки и резкое карканье коростеля; moorhen — самка шотландской куропатки; moor — вересковая торфянистая местность; hen — курица; самка птицы; plaintive — горестный, печальный, жалобный; harsh — грубый, жесткий; резкий, неприятный) stirs the awed hush around the couch of waters (нарушают благоговейную тишину над гладью вод; to stir — шевелить/ся/; размешивать; волновать; awe —благоговейный страх, трепет; couch — слой, пласт, ложе), where the dying day breathes out her last (где умирающий день испускает последний вздох; to breathe one's last breath — испустить последний вздох, умереть).


patriarchal [,pe*tr***:k(*)l] ceased [si:st] corncrake [*k*:nkre*k] couch [kau*]


Should we "camp out" or sleep at inns*

George and I were for camping out. We said it would be so wild and free, so patriarchal like.

Slowly the golden memory of the dead sun fades from the hearts of the cold, sad clouds. Silent, like sorrowing children, the birds have ceased their song, and only the moorhen's plaintive cry and the harsh croak of the corncrake stirs the awed hush around the couch of waters, where the dying day breathes out her last.


From the dim woods on either bank (из потускневшего леса на обоих берегах; dim — тусклый, неяркий, потускневший; either — каждый, любой /из двух/; и тот и другой), Night's ghostly army, the grey shadows, creep out with noiseless tread (призрачная армия Ночи — серые тени — выползают бесшумно: «с бесшумной поступью») to chase away the lingering rear-guard of the light (чтобы разогнать медлительный арьергард света; to chase — преследовать, гнаться; разгонять, выгонять; lingering — медлительный, долгий; затяжной), and pass, with noiseless, unseen feet (и пройти беззвучными, невидимыми шагами), above the waving river-grass, and through the sighing rushes (над колышущейся осокой и через вздыхающий камыш; to wave — развеваться, колыхаться, качаться; river-grass — флюминея; river — река; grass — трава); and Night, upon her sombre throne (Ночь на своем мрачном троне), folds her black wings above the darkening world (складывает черные крылья над темнеющим миром = окутывает черными крыльями темнеющий мир), and, from her phantom palace, lit by the pale stars, reigns in stillness (и из своего призрачного дворца, освещенного бледными звездами, правит в тишине).

Then we run our little boat into some quiet nook (затем мы отводим нашу маленькую лодку в укромный уголок), and the tent is pitched, and the frugal supper cooked and eaten (палатка поставлена, а скромный ужин приготовлен и съеден; to pitch a tent — ставить палатку; to eat). Then the big pipes are filled and lighted (потом длинные трубки наполнены = набиты и зажжены), and the pleasant chat goes round in musical undertone (приятная беседа ведется мелодичным шепотом; chat — дружеский разговор, беседа; болтовня; to go round — вращаться, кружиться; undertone — пониженный голос; полутон, оттенок); while, in the pauses of our talk, the river, playing round the boat (в перерывах нашего разговора река, играя вокруг лодки), prattles strange old tales and secrets (рассказывает удивительные старинные сказки и тайны; to prattle — лепетать; журчать), sings low the old child's song that it has sung so many thousand years (поет негромко старую детскую песню, которую поет /уже/ столько тысяч лет) — will sing so many thousand years to come (/и/ будет петь еще тысячи лет; to come /после существительных/ — грядущий, будущий), before its voice grows harsh and old (пока ее голос не станет грубым и старческим) — a song that we, who have learnt to love its changing face (песню, которую мы, те, кто научился любить ее /реки/ изменчивый лик), who have so often nestled on its yielding bosom (те, кто так часто уютно устраивался на ее мягкой груди; yielding — мягкий, податливый; пружинистый, упругий; bosom — грудь, пазуха; лоно), think, somehow, we understand (думаем, почему-то, /что/ понимаем), though we could not tell you in mere words the story that we listen to (хотя мы не смогли бы рассказать словами повесть, которую слушаем; mere — просто, всего лишь).


sombre [*s*mb*] reign [re*n] frugal [*fru:*(*)l] secret [*si:kr*t] bosom [*buz*m]


From the dim woods on either bank, Night's ghostly army, the grey shadows, creep out with noiseless tread to chase away the lingering rear-guard of the light, and pass, with noiseless, unseen feet, above the waving river-grass, and through the sighing rushes; and Night, upon her sombre throne, folds her black wings above the darkening world, and, from her phantom palace, lit by the pale stars, reigns in stillness.

Then we run our little boat into some quiet nook, and the tent is pitched, and the frugal supper cooked and eaten. Then the big pipes are filled and lighted, and the pleasant chat goes round in musical undertone; while, in the pauses of our talk, the river, playing round the boat, prattles strange old tales and secrets, sings low the old child's song that it has sung so many thousand years — will sing so many thousand years to come, before its voice grows harsh and old — a song that we, who have learnt to love its changing face, who have so often nestled on its yielding bosom, think, somehow, we understand, though we could not tell you in mere words the story that we listen to.


And we sit there, by its margin (и /вот/ мы сидим там, у берега = на ее берегу; margin — приграничная полоса; берег, кромка), while the moon, who loves it too, stoops down to kiss it with a sister's kiss (в то время как луна, которая тоже ее любит, склоняется, чтобы поцеловать ее сестринским поцелуем; to stoop — наклонять/ся/, нагибать/ся/), and throws her silver arms around it clingingly (и бросает свои серебряные руки вокруг нее = обнимает ее крепко серебряными руками; to cling — цепляться, прилипать; clinging — цепкий, облегающий); and we watch it as it flows, ever singing, ever whispering, out to meet its king, the sea (мы наблюдаем, как она течет, постоянно напевая, постоянно шепча, чтобы встретить своего властелина — море; king — король; монарх, повелитель, царь) — till our voices die away in silence, and the pipes go out (пока наши голоса не замирают в тишине, а трубки не гаснут; to die away — затухать, угасать; to go out — догореть, погаснуть) — till we, common-place, everyday young men enough (пока мы, заурядные, довольно обычные молодые люди; common-place — банальный, ничем не примечательный; common — общий; обыкновенный; place — место, местоположение), feel strangely full of thoughts, half sad, half sweet (не чувствуем себя необыкновенно полными мыслей = нас переполняют мысли, полупечальные, полуприятные; sweet — сладкий; приятный, милый), and do not care or want to speak (и /нам/ не хочется говорить; to care — проявлять интерес, заботиться; иметь желание) — till we laugh, and, rising, knock the ashes from our burnt-out pipes, and say "Good-night" (смеемся и, поднимаясь, выбиваем пепел из погасших трубок, говорим «спокойной ночи»; to knock — ударять, бить, стучать; to burn out — выжигать, прогорать, сгорать дотла), and, lulled by the lapping water and the rustling trees (и, убаюканные плещущейся водой и шелестящими деревьями; to lap — завертывать, окружать; плескаться), we fall asleep beneath the great, still stars (мы засыпаем под большими безмолвными звездами), and dream that the world is young again (и нам снится, что мир снова молод = земля снова молода) — young and sweet as she used to be ere the centuries of fret and care had furrowed her fair face (молода и прекрасна, как она была до того, /как/ столетия волнений и тревог избороздили морщинами ее привлекательное лицо; to furrow — проводить борозды; покрывать морщинами; fret — раздражение, волнение), ere her children's sins and follies had made old her loving heart (до того, как грехи и прихоти ее детей состарили: «сделали старым» ее любящее сердце; folly — недальновидность, глупость, безумие, блажь) — sweet as she was in those bygone days when, a new-made mother (прекрасна, как она была в те минувшие дни, когда /словно/ молодая мать; new-made — недавно сделанный, новый, свежий), she nursed us, her children, upon her own deep breast (она взращивала нас, своих детей, на глубокой = широкой груди; to nurse — выкармливать, нянчить, лелеять) — ere the wiles of painted civilization had lured us away from her fond arms (прежде, чем обман нагримированной/ненастоящей цивилизации выманил нас из ее нежных объятий; wile — хитрость, уловка; обман; to lure — завлекать, соблазнять; выманивать; fond — нежный, любящий), and the poisoned sneers of artificiality had made us ashamed of the simple life we led with her (и ядовитые насмешки искусственности заставили нас стыдиться простой жизни, /которую/ мы вели с ней; to lead), and the simple, stately home where mankind was born so many thousands years ago (и простого, величественного жилища, где человечество родилось столько тысяч лет назад; stately home — старинный помещичий дом, замок, представляющий исторический интерес).


margin [*m*:**n] rustling [*r*sl**] bygone [*ba***n] civilization [,s*v*la**ze**(*)n]


And we sit there, by its margin, while the moon, who loves it too, stoops down to kiss it with a sister's kiss, and throws her silver arms around it clingingly; and we watch it as it flows, ever singing, ever whispering, out to meet its king, the sea — till our voices die away in silence, and the pipes go out — till we, common-place, everyday young men enough, feel strangely full of thoughts, half sad, half sweet, and do not care or want to speak — till we laugh, and, rising, knock the ashes from our burnt-out pipes, and say "Good-night," and, lulled by the lapping water and the rustling trees, we fall asleep beneath the great, still stars, and dream that the world is young again — young and sweet as she used to be ere the centuries of fret and care had furrowed her fair face, ere her children's sins and follies had made old her loving heart — sweet as she was in those bygone days when, a new-made mother, she nursed us, her children, upon her own deep breast — ere the wiles of painted civilization had lured us away from her fond arms, and the poisoned sneers of artificiality had made us ashamed of the simple life we led with her, and the simple, stately home where mankind was born so many thousands years ago.


Harris said:

"How about when it rained (а что, если пойдет дождь; how about — как насчет)*"

You can never rouse Harris (никогда нельзя вывести Гарриса из себя; to rouse — пробуждать/ся/; вызывать /какие-либо эмоции/, возбуждать /интерес и т.д./). There is no poetry about Harris (в Гаррисе нет поэтичности; poetry — поэзия, стихи; поэтичность) — no wild yearning for the unattainable (нет буйного порыва к недостижимому; yearning — сильное желание, острая тоска; to attain — достигать; добиваться). Harris never "weeps, he knows not why (Гаррис никогда не «плачет, не зная почему»)." If Harris's eyes fill with tears (если глаза Гарриса наполняются слезами), you can bet it is because Harris has been eating raw onions (можете биться об заклад: это оттого, /что/ Гаррис ел /только что/ сырой лук), or has put too much Worcester over his chop (или полил слишком много острого соуса на свою отбивную/котлету; Worcester sauce — вустерский соус, острая соевая приправа /к мясу, рыбе/).

If you were to stand at night by the sea-shore with Harris, and say (если бы вы стояли ночью на берегу моря с Гаррисом и сказали бы):

"Hark (чу; hark — слушай! чу!)! do you not hear (разве ты не слышишь)* Is it but the mermaids singing deep below the waving waters (может, это русалки поют глубоко под волнующимися водами = в глубине); or sad spirits, chanting dirges for white corpses, held by seaweed (или печальные духи поют погребальную песнь бледным трупам = утопленникам, опутанным водорослями; to chant — петь, воспевать; монотонно говорить; dirge — панихида; похоронное пение; to hold — держать/ся/, удерживать/ся/)*" Harris would take you by the arm, and say (Гаррис взял бы вас за руку и сказал бы):


rouse [rauz] poetry [*p*u*tr*] onion [**nj*n] Worcester [*wust*]


Harris said:

"How about when it rained*"

You can never rouse Harris. There is no poetry about Harris — no wild yearning for the unattainable. Harris never "weeps, he knows not why." If Harris's eyes fill with tears, you can bet it is because Harris has been eating raw onions, or has put too much Worcester over his chop.

If you were to stand at night by the sea-shore with Harris, and say:

"Hark! do you not hear* Is it but the mermaids singing deep below the waving waters; or sad spirits, chanting dirges for white corpses, held by seaweed*" Harris would take you by the arm, and say:


"I know what it is, old man (я знаю, что такое /с тобой/, старина); you've got a chill (ты простудился; you've = you have; to get; chill — простуда, озноб). Now, you come along with me (пойдем-ка со мной). I know a place round the corner here (я знаю одно место здесь за углом/поблизости), where you can get a drop of the finest Scotch whisky you ever tasted (где можно достать = выпить немного самого лучшего шотландского виски, /что/ ты когда-либо пробовал; drop — капля; небольшое количество спиртного) — put you right in less than no time (/это/ приведет тебя в порядок в два счета; in less than no time — в мгновение ока, мигом)."

Harris always does know a place round the corner (Гаррис всегда знает местечко за углом) where you can get something brilliant in the drinking line (где можно достать что-нибудь замечательное в плане выпивки; brilliant — блестящий, искрящийся; примечательный; line — линия, ряд; серия изделий; область интересов). I believe that if you met Harris up in Paradise (думаю, что если бы вы вдруг встретили Гарриса в Раю; to meet up — неожиданно встречать) (supposing such a thing likely) (допуская, /что/ подобная вещь вероятна), he would immediately greet you with (он тотчас же встретил бы вас /словами/):

"So glad you've come, old fellow (так рад, /что/ вы пришли, старина); I've found a nice place round the corner here (я нашел хорошее местечко здесь за углом; to find), where you can get some really first-class nectar (где можно достать действительно первоклассный нектар)."


brilliant [*br*l**nt] Paradise [*p*r*da*s] nectar [*nekt*]


"I know what it is, old man; you've got a chill. Now, you come along with me. I know a place round the corner here, where you can get a drop of the finest Scotch whisky you ever tasted — put you right in less than no time."

Harris always does know a place round the corner where you can get something brilliant in the drinking line. I believe that if you met Harris up in Paradise (supposing such a thing likely), he would immediately greet you with:

"So glad you've come, old fellow; I've found a nice place round the corner here, where you can get some really first-class nectar."


In the present instance, however, as regarded the camping out (в данном случае, однако, в отношении ночевки на открытом воздухе; present — данный, настоящий; to regard — расценивать, рассматривать; принимать во внимание), his practical view of the matter came as a very timely hint (его практический взгляд на дело стал очень своевременным советом; view — точка зрения, мнение, взгляд; to come — приходить, прибывать; представляться; появляться; hint — намек; совет, подсказка). Camping out in rainy weather is not pleasant (ночевка = ночевать на открытом воздухе в дождливую погоду неприятно).

It is evening (вечер). You are wet through (вы промокли насквозь), and there is a good two inches of water in the boat (и в лодке добрых два дюйма воды; inch — дюйм /2, 54 см/), and all the things are damp (и все вещи отсырели; damp — сырой, влажный). You find a place on the banks that is not quite so puddly as other places you have seen (вы находите место на берегах, которое не так покрыто лужами, как другие места, /которые/ вы видели = где меньше луж; puddle — лужа), and you land and lug out the tent (причаливаете к берегу и выволакиваете палатку; to lug — волочить, тащить), and two of you proceed to fix it (и двое из вас начинают устанавливать ее; to proceed — приступать, приниматься; to fix — устанавливать, закреплять).

It is soaked and heavy, and it flops about (она пропитана /водой/ и тяжела, хлопает /краями/; to flop — шлепать/ся/; хлопать крыльями; полоскаться /о парусах/), and tumbles down on you, and clings round your head and makes you mad (падает на вас, обматывается вокруг вашей головы и сводит вас с ума: «делает сумасшедшим»; to cling — цепляться; прилипать). The rain is pouring steadily down all the time (дождь льет непрерывно, все время). It is difficult enough to fix a tent in dry weather (достаточно сложно установить палатку в сухое время): in wet, the task becomes Herculean (/а/ в сырую, эта задача становится необычайно сложной: «геркулесовой»). Instead of helping you, it seems to you that the other man is simply playing the fool (вместо того, чтобы помогать, вам кажется, что другой человек /ваш товарищ/ просто валяет дурака). Just as you get your side beautifully fixed (как раз когда вы превосходно закрепили свою сторону), he gives it a hoist from his end, and spoils it all (он поднимает ее: «дает ей подъем» со своего конца = дергает со своей стороны, и портит все).


pouring [*p*:r**] steadily [*sted*l*] Herculean [,h*:kju*l*(:)*n] beautifully [*bju:t*ful*]


In the present instance, however, as regarded the camping out, his practical view of the matter came as a very timely hint. Camping out in rainy weather is not pleasant.

It is evening. You are wet through, and there is a good two inches of water in the boat, and all the things are damp. You find a place on the banks that is not quite so puddly as other places you have seen, and you land and lug out the tent, and two of you proceed to fix it.

It is soaked and heavy, and it flops about, and tumbles down on you, and clings round your head and makes you mad. The rain is pouring steadily down all the time. It is difficult enough to fix a tent in dry weather: in wet, the task becomes Herculean. Instead of helping you, it seems to you that the other man is simply playing the fool. Just as you get your side beautifully fixed, he gives it a hoist from his end, and spoils it all.


"Here (эй)! what are you up to (что ты делаешь; to be up to — делать /обычно что-либо плохое/)*" you call out (кричите вы; to call out — выкрикивать, кричать).

"What are you up to (а что ты делаешь)*" he retorts (отвечает он; to retort — резко возражать; отпарировать /колкость/); "leggo, can't you (пусти же; leggo = let go)*"

"Don't pull it (не тяни); you've got it all wrong, you stupid ass (ты все своротил/запутал, глупый осел; to get wrong — неправильно понимать; неправильно делать)!" you shout (кричите вы).

"No, I haven't (нет /ничего я не своротил/)," he yells back (он орет в ответ; to yell — вопить, кричать); "let go your side (отпусти свою сторону)!"

"I tell you you've got it all wrong (говорю тебе, ты все испортил)!" you roar, wishing that you could get at him (ревете вы, желая, чтобы вы могли добраться до него = жалея, что до него не добраться; to roar — реветь, орать; рычать); and you give your ropes a lug that pulls all his pegs out (и так дергаете за свои веревки, что это вырывает все его колышки = все колышки с его стороны; to lug — волочить, тянуть; сильно дергать).


shout [*aut] wrong [r**]


"Here! what are you up to*" you call out.

"What are you up to*" he retorts; "leggo, can't you*"

"Don't pull it; you've got it all wrong, you stupid ass!" you shout.

"No, I haven't," he yells back; "let go your side!"

"I tell you you've got it all wrong!" you roar, wishing that you could get at him; and you give your ropes a lug that pulls all his pegs out.


"Ah, the bally idiot (проклятый идиот)!" you hear him mutter to himself (вы слышите, как он бормочет себе /под нос/); and then comes a savage haul, and away goes your side (затем следует яростный рывок, и ваш край срывается; savage — дикий, жестокий; свирепый; haul — волочение, тяга; рывок). You lay down the mallet and start to go round and tell him (вы кладете деревянный молоток и начинаете обходить /палатку/ и говорить ему) what you think about the whole business (что вы думаете обо всем этом /деле/), and, at the same time, he starts round in the same direction to come and explain his views to you (в это же время он начинает /двигаться/ в том же направлении, чтобы подойти и объяснить = изложить вам свои взгляды). And you follow each other round and round, swearing at one another (и вы ходите кругами: «следуете друг за другом по кругу», ругая друг друга), until the tent tumbles down in a heap (пока палатка не падает кучей), and leaves you looking at each other across its ruins (и оставляет вас, смотрящих = а вы стоите и смотрите друг на друга поверх ее развалин; across — поперек; сквозь, через; напротив), when you both indignantly exclaim, in the same breath (и оба негодующе восклицаете, в один голос; breath — дыхание; вздох):

"There you are (вот видишь; there you are — ну вот; ну что* вот что получилось)! what did I tell you (что я тебе говорил)*"

Meanwhile the third man, who has been baling out the boat (тем временем третий человек, который /все это время/ вычерпывал воду из лодки), and who has spilled the water down his sleeve (и налил себе воды в рукав; to spill — проливать/ся/, разливать/ся/), and has been cursing away to himself steadily for the last ten minutes (и ругался беспрерывно последние десять минут; to curse — сквернословить; ругаться; проклинать; to oneself — про себя), wants to know what the thundering blazes you're playing at (спрашивает: «хочет знать», во что, черт побери, вы играете; thunder — гром; черт возьми; go to thunder! — иди к черту!/; blaze — яркий огонь, пламя; blazes — ад, преисподняя /в усилительных выражениях/), and why the blamed tent isn't up yet (и почему проклятая палатка до сих пор не стоит).


haul [h*:l] swearing [*swe(*)r**] indignantly [*n*d**n*ntl*] breath [breO]


"Ah, the bally idiot!" you hear him mutter to himself; and then comes a savage haul, and away goes your side. You lay down the mallet and start to go round and tell him what you think about the whole business, and, at the same time, he starts round in the same direction to come and explain his views to you. And you follow each other round and round, swearing at one another, until the tent tumbles down in a heap, and leaves you looking at each other across its ruins, when you both indignantly exclaim, in the same breath:

"There you are! what did I tell you*"

Meanwhile the third man, who has been baling out the boat, and who has spilled the water down his sleeve, and has been cursing away to himself steadily for the last ten minutes, wants to know what the thundering blazes you're playing at, and why the blamed tent isn't up yet.


At last, somehow or other (наконец, с горем пополам/так или иначе), it does get up, and you land the things (она устанавливается, и вы выгружаете вещи). It is hopeless attempting to make a wood fire (бесполезно пытаться развести дровяной костер; hopeless — безнадежный, неисправимый; невозможно), so you light the methylated spirit stove, and crowd round that (поэтому вы зажигаете спиртовку и теснитесь вокруг нее; methylated spirit — денатурат, этиловый спирт; stove — печь, плита).

Rainwater is the chief article of diet at supper (дождевая вода — основное блюдо на ужин; chief — главный, основной; article — вещь, предмет; article of food — пищевой продукт). The bread is two-thirds rainwater (хлеб на две трети /состоит/ из дождевой воды), the beefsteak-pie is exceedingly rich in it (пирог с бифштексом = с мясом чрезвычайно богат ей), and the jam (варенье), and the butter (масло), and the salt (соль), and the coffee (кофе) have all combined with it to make soup (все соединились с ней, чтобы превратиться в суп).

After supper, you find your tobacco is damp, and you cannot smoke (после ужина вы обнаруживаете, /что/ ваш табак сырой, и вы не можете курить). Luckily you have a bottle of the stuff that cheers and inebriates (к счастью, у вас есть бутылка вещества, которое веселит и опьяняет; to cheer — создавать хорошее настроение, веселить), if taken in proper quantity (если принято = будучи принято в должном количестве), and this restores to you sufficient interest in life to induce you to go to bed (и это возвращает вам достаточный интерес к жизни, чтобы убедить вас лечь спать; to restore — возвращать в прежнее состояние, на место; to induce — заставлять, побуждать, склонять, убеждать).


methylated [*meO*le*t*d] crowd [kraud] soup [su:p] inebriate [**ni:br*(e)*t]


At last, somehow or other, it does get up, and you land the things. It is hopeless attempting to make a wood fire, so you light the methylated spirit stove, and crowd round that.

Rainwater is the chief article of diet at supper. The bread is two-thirds rainwater, the beefsteak-pie is exceedingly rich in it, and the jam, and the butter, and the salt, and the coffee have all combined with it to make soup.

After supper, you find your tobacco is damp, and you cannot smoke. Luckily you have a bottle of the stuff that cheers and inebriates, if taken in proper quantity, and this restores to you sufficient interest in life to induce you to go to bed.


There you dream that an elephant has suddenly sat down on your chest (и вот вам снится, что слон вдруг сел на вашу грудь; to sit), and that the volcano has exploded and thrown you down to the bottom of the sea (и что вулкан взорвался = извергнулся и сбросил вас на дно моря; to throw-threw-thrown) — the elephant still sleeping peacefully on your bosom (слон по-прежнему мирно спит на вашей груди). You wake up and grasp the idea that something terrible really has happened (вы просыпаетесь и понимаете, что что-то ужасное действительно случилось; to grasp — схватывать; понимать, схватывать /основную идею/, осознавать). Your first impression is that the end of the world has come (ваше первое впечатление — пришел конец света; impression — впечатление, восприятие, представление); and then you think that this cannot be (потом вы думаете, что этого не может быть), and that it is thieves and murderers, or else fire (и что это воры и убийцы, либо пожар), and this opinion you express in the usual method (и это мнение = эту мысль вы выражаете обычным способом). No help comes, however (помощь, однако, не приходит), and all you know is that thousands of people are kicking you, and you are being smothered (и все, что вы знаете — это то, что тысячи людей пинают вас и душат).

Somebody else seems in trouble, too (кто-то еще тоже, кажется, в беде). You can hear his faint cries coming from underneath your bed (вы можете слышать его слабые крики, доносящиеся из-под вашей кровати). Determining, at all events, to sell your life dearly (решая, во всяком случае, продать свою жизнь дорого; to determine — определять; решать/ся/), you struggle frantically, hitting out right and left with arms and legs (вы боретесь неистово, нанося удары направо и налево руками и ногами; to hit out — наносить сильные удары), and yelling lustily the while (и пронзительно крича в это время; lustily — энергично, сильно), and at last something gives way, and you find your head in the fresh air (наконец, что-то отступает, и вы обнаруживаете, что ваша голова /оказалась/ на свежем воздухе; to give way — отступать, уступать; сдаваться). Two feet off, you dimly observe a half-dressed ruffian, waiting to kill you (в двух футах от себя вы смутно различаете полуодетого негодяя, собирающегося убить вас; to observe — наблюдать, замечать; to wait — ждать), and you are preparing for a life-and-death struggle with him (и вы готовитесь к борьбе с ним не на жизнь, а на смерть), when it begins to dawn upon you that it's Jim (когда вам начинает становиться ясным = вы начинаете понимать, что это Джим; to dawn — /рас/светать, проясняться; доходить).


elephant [*el*f*nt] smothered [*sm***d] trouble [tr*bl]


There you dream that an elephant has suddenly sat down on your chest, and that the volcano has exploded and thrown you down to the bottom of the sea — the elephant still sleeping peacefully on your bosom. You wake up and grasp the idea that something terrible really has happened. Your first impression is that the end of the world has come; and then you think that this cannot be, and that it is thieves and murderers, or else fire, and this opinion you express in the usual method. No help comes, however, and all you know is that thousands of people are kicking you, and you are being smothered.

Somebody else seems in trouble, too. You can hear his faint cries coming from underneath your bed. Determining, at all events, to sell your life dearly, you struggle frantically, hitting out right and left with arms and legs, and yelling lustily the while, and at last something gives way, and you find your head in the fresh air. Two feet off, you dimly observe a half-dressed ruffian, waiting to kill you, and you are preparing for a life-and-death struggle with him, when it begins to dawn upon you that it's Jim.


"Oh, it's you, is it (о, это ты, да)*" he says, recognising you at the same moment (говорит он, узнавая вас в тот же миг).

"Yes," you answer, rubbing your eyes (отвечаете вы, протирая глаза); "what's happened (что случилось)*"

"Bally tent's blown down, I think (думаю, проклятую палатку сдуло; to blow — дуть, продувать)," he says.

"Where's Bill (где Билл)*"

Then you both raise up your voices and shout for "Bill!" (потом вы оба возвышаете голоса и громко зовете «Билл!») and the ground beneath you heaves and rocks (и земля под вами ходит вверх и вниз; to heave — вздыматься, подниматься и опускаться /о волнах/; to rock — качать/ся/, сотрясать/ся/), and the muffled voice that you heard before replies from out the ruin (а приглушенный голос, который вы слышали раньше, отвечает из-под развалин):

"Get off my head, can't you (слезьте же с моей головы)*"


recognising [*rek**na*z**] answer [**:ns*] shout [*aut]


"Oh, it's you, is it*" he says, recognising you at the same moment.

"Yes," you answer, rubbing your eyes; "what's happened*"

"Bally tent's blown down, I think," he says.

"Where's Bill*"

Then you both raise up your voices and shout for "Bill!" and the ground beneath you heaves and rocks, and the muffled voice that you heard before replies from out the ruin:

"Get off my head, can't you*"


And Bill struggles out, a muddy, trampled wreck (и Билл выбирается /оттуда/, грязный/запачканный, истоптанный бедняга; wreck — крушение, авария; остов разбитого судна; развалина /о человеке/), and in an unnecessarily aggressive mood (в чрезмерно агрессивном расположении духа; unnecessarily — излишне, необязательно; necessary — необходимый, нужный) — he being under the evident belief that the whole thing has been done on purpose (находясь под явным убеждением = будучи уверенным, что вся эта штука сделана нарочно).

In the morning you are all three speechless (утром вы все трое немы/молчаливы; speech — речь), owing to having caught severe colds in the night (из-за того, что подхватили сильную простуду ночью; to catch — ловить); you also feel very quarrelsome (вы также чувствуете, что вы очень раздражительны/сварливы; quarrel — ссора, спор, раздоры), and you swear at each other in hoarse whispers during the whole of breakfast time (и ругаете друг друга хриплым шепотом в течение всего /времени/ завтрака).

We therefore decided that we would sleep out on fine nights (поэтому мы решили, что будем спать на открытом воздухе в хорошие ночи); and hotel it, and inn it, and pub it, like respectable folks (и ночевать в гостиницах, постоялых дворах и трактирах, как порядочные люди; respectable — почтенный, представительный; приличный), when it was wet, or when we felt inclined for a change (когда дождливо или когда нам захочется разнообразия; to feel/to be inclined — быть склонным, расположенным, тяготеть).


evident [*ev*d(*)nt] hoarse [h*:s] breakfast [*brekf*st]


And Bill struggles out, a muddy, trampled wreck, and in an unnecessarily aggressive mood — he being under the evident belief that the whole thing has been done on purpose.

In the morning you are all three speechless, owing to having caught severe colds in the night; you also feel very quarrelsome, and you swear at each other in hoarse whispers during the whole of breakfast time.

We therefore decided that we would sleep out on fine nights; and hotel it, and inn it, and pub it, like respectable folks, when it was wet, or when we felt inclined for a change.


Montmorency hailed this compromise with much approval (Монморенси встретил этот компромисс с большим одобрением; to hail — приветствовать, окликать). He does not revel in romantic solitude (он не любил романтическое одиночество; to revel — пировать, кутить; to revel in — наслаждаться; получать удовольствие). Give him something noisy (дайте ему что-нибудь шумное); and if a trifle low, so much the jollier (а если немного низкое/грубое — тем веселее). To look at Montmorency you would imagine that he was an angel sent upon the earth (посмотрев на Монморенси можно подумать, что он ангел, посланный на землю; to imagine — воображать, представлять себе, полагать; to send — посылать), for some reason withheld from mankind (по какой-то причине, скрытой от человечества; to withhold — отказывать; утаивать, скрывать), in the shape of a small fox-terrier (в виде маленького фокстерьера). There is a sort of Oh-what-a-wicked-world-this-is-and-how-I-wish-I-could-do-something-to-make-it-better-and-nobler expression about Montmorency (Монморенси присуще что-то вроде выражения = его вид будто говорит «о, что за грешный этот мир, и как бы я хотел совершить что-нибудь, чтобы сделать его лучше и благороднее») that has been known to bring the tears into the eyes of pious old ladies and gentlemen (и известно, что этот вид вызывает слезы на глазах: «приносит слезы в глаза» у набожных старых дам и джентльменов; pious — набожный, благочестивый).

When first he came to live at my expense (когда он впервые перешел на мое содержание; to come; to live at somebody`s expense — сидеть у кого-либо на шее, жить на чужих хлебах; expense — затрата, расход), I never thought I should be able to get him to stop long (я никогда бы не подумал, /что/ сумею задержать его надолго; to think; to stop — останавливать/ся/, задерживать; гостить). I used to sit down and look at him (я садился и смотрел на него), as he sat on the rug and looked up at me, and think (в то время, как он сидел на коврике и смотрел вверх на меня, и думал): "Oh, that dog will never live (эта собака никогда не будет жить /здесь/ = не выживет). He will be snatched up to the bright skies in a chariot (ее умчат к сияющим небесам в колеснице; to snatch — хватать/ся/, вырывать; bright — яркий, светящийся; чистый, ясный), that is what will happen to him (вот что произойдет с ней)."


approval [**pru:v(*)l] reason [*ri:z(*)n] pious [*pa**s]


Montmorency hailed this compromise with much approval. He does not revel in romantic solitude. Give him something noisy; and if a trifle low, so much the jollier. To look at Montmorency you would imagine that he was an angel sent upon the earth, for some reason withheld from mankind, in the shape of a small fox-terrier. There is a sort of Oh-what-a-wicked-world-this-is-and-how-I-wish-I-could-do-something-to-make-it-better-and-nobler expression about Montmorency that has been known to bring the tears into the eyes of pious old ladies and gentlemen.

When first he came to live at my expense, I never thought I should be able to get him to stop long. I used to sit down and look at him, as he sat on the rug and looked up at me, and think: "Oh, that dog will never live. He will be snatched up to the bright skies in a chariot, that is what will happen to him."


But, when I had paid for about a dozen chickens that he had killed (но когда я заплатил за примерно дюжину цыплят, которых он убил; to pay); and had dragged him, growling and kicking, by the scruff of his neck (и вытащил его, рычащего и брыкающегося, за загривок; to take by the scruff of the neck — взять за шиворот; neck — шея), out of a hundred and fourteen street fights (из ста четырнадцати уличных драк); and had had a dead cat brought round for my inspection by an irate female, who called me a murderer (и /когда/ дохлая кошка была принесена мне для осмотра разгневанной женщиной, которая назвала меня убийцей; to bring round — доставлять, приносить); and had been summoned by the man next door but one for having a ferocious dog at large (/когда меня/ однажды вызвал в суд сосед: «человек /живущий/ следующей дверью, кроме одной = через дверь = через дом от меня» за содержание свирепого пса на свободе; to summon — вызывать в суд; созывать), that had kept him pinned up in his own tool-shed (который держал его /соседа/ пришпиленным в собственном сарае = держал взаперти в сарае; to keep; pin — булавка, кнопка; tool-shed — сарайчик для хранения инструментов; tool — инструмент; shed — навес, сарай), afraid to venture his nose outside the door for over two hours on a cold night (боящегося высунуть нос за дверь, более двух часов в холодную ночь; to venture — рисковать; отваживаться; outside — внешний, наружный); and had learned that the gardener, unknown to myself (и /когда я/ узнал, что садовник, без моего ведома; unknown — неизвестный; тайно, без ведома), had won thirty shillings by backing him to kill rats against time (выиграл тридцать шиллингов, делая ставки, сколько Монморенси убьет крыс; to win; to back — поддерживать; держать пари, делать ставку; against time — в пределах установленного времени; с целью побить рекорд), then I began to think that maybe they'd let him remain on earth for a bit longer, after all (тогда я начал думать, что, возможно, ему позволят остаться на земле немного подольше, в конце концов; to begin).

To hang about a stable (бродить/околачиваться возле конюшни), and collect a gang of the most disreputable dogs to be found in the town (собрать шайку /из/ самых недостойных собак, /каких только можно/ найти в городе; disreputable — пользующийся дурной репутацией, непорядочный, позорный; to find), and lead them out to march round the slums to fight other disreputable dogs (и вести их строем к трущобам, чтобы драться с другими недостойными псами; to lead — вести, руководить, возглавлять; to march — маршировать, идти строем), is Montmorency's idea of "life" (вот представление Монморенси о «жизни»); and so, as I before observed (и поэтому, как я заметил раньше/как уже говорил), he gave to the suggestion of inns, and pubs, and hotels his most emphatic approbation (он дал на предложение /ночевать/ на постоялых дворах, в трактирах и гостиницах свое самое живейшее одобрение; to give; emphatic — выразительный, подчеркнутый).


dozen [d*zn] growling [**raul**] irate [a**re*t] ferocious [f**r*u*(*)s] disreputable [d*s*repjut*bl] hotel [h*u*tel]


But, when I had paid for about a dozen chickens that he had killed; and had dragged him, growling and kicking, by the scruff of his neck, out of a hundred and fourteen street fights; and had had a dead cat brought round for my inspection by an irate female, who called me a murderer; and had been summoned by the man next door but one for having a ferocious dog at large, that had kept him pinned up in his own tool-shed, afraid to venture his nose outside the door for over two hours on a cold night; and had learned that the gardener, unknown to myself, had won thirty shillings by backing him to kill rats against time, then I began to think that maybe they'd let him remain on earth for a bit longer, after all.

To hang about a stable, and collect a gang of the most disreputable dogs to be found in the town, and lead them out to march round the slums to fight other disreputable dogs, is Montmorency's idea of "life"; and so, as I before observed, he gave to the suggestion of inns, and pubs, and hotels his most emphatic approbation.


Having thus settled the sleeping arrangements to the satisfaction of all four of us (уладив, таким образом, вопрос о ночевке ко всеобщему удовлетворению: «всех четырех из нас»; to settle — устраивать/ся/; приводить в порядок, улаживать; arrangements — меры, приготовления), the only thing left to discuss was what we should take with us (единственной оставшейся вещью, чтобы обсудить было = осталось обсудить, что нам следует взять с собой; to leave); and this we had begun to argue (и это мы начали обсуждать; to argue — обсуждать, рассуждать, рассматривать), when Harris said he'd had enough oratory for one night (когда Гаррис сказал, с него довольно разглагольствований на один вечер; oratory — риторика; красноречие; речь), and proposed that we should go out and have a smile (и предложил нам выйти и выпить чего-нибудь; smile — улыбка; выпивка), saying that he had found a place, round by the square (говоря, что он нашел одно место, недалеко от площади; to find), where you could really get a drop of Irish worth drinking (где действительно можно получить глоток стоящего ирландского виски; worth doing — стоящий, заслуживающий внимания и т.д.).

George said he felt thirsty (Джордж сказал, что чувствует жажду; to feel) (I never knew George when he didn't) (никогда не знал /случая/, чтобы Джордж ее не чувствовал); and, as I had a presentiment that a little whisky (и, поскольку у меня было предчувствие, что немного виски), warm, with a slice of lemon, would do my complaint good (теплого, с ломтиком лимона, принесет мне пользу; complaint — недовольство, жалоба; болезнь, недуг), the debate was, by common assent, adjourned to the following night (обсуждение/дебаты были, с общего согласия, отложены до следующего вечера); and the assembly put on its hats and went out (и /члены/ собрания надели шляпы и вышли; assembly — собрание, сход, общество; to go out).


argue [**:*ju:] square [skwe*] assent [**sent] assembly [**sembl*]


Having thus settled the sleeping arrangements to the satisfaction of all four of us, the only thing left to discuss was what we should take with us; and this we had begun to argue, when Harris said he'd had enough oratory for one night, and proposed that we should go out and have a smile, saying that he had found a place, round by the square, where you could really get a drop of Irish worth drinking.

George said he felt thirsty (I never knew George when he didn't); and, as I had a presentiment that a little whisky, warm, with a slice of lemon, would do my complaint good, the debate was, by common assent, adjourned to the following night; and the assembly put on its hats and went out.

CHAPTER III

(глава третья)

Arrangements settled (планы улаживаются/обговариваются). — Harris's method of doing work (способ выполнения работы Гарриса). — How the elderly, family-man puts up a picture (как пожилой/почтенный семейный человек = отец семейства вешает картину). — George makes a sensible remark (Джордж делает разумное замечание). — Delights of early morning bathing (прелести раннего утреннего купания; delight — удовольствие, развлечение, наслаждение; to bathe — купать, мыть). — Provisions for getting upset (запасы /провианта/ на случай опрокидывания; to upset — опрокидывать/ся/, переворачивать/ся/).


Arrangements settled. — Harris's method of doing work. — How the elderly, family-man puts up a picture. — George makes a sensible remark. — Delights of early morning bathing. — Provisions for getting upset.


SO, on the following evening, we again assembled (итак, на следующий вечер мы снова собрались), to discuss and arrange our plans (чтобы обсудить и привести в порядок наши планы). Harris said:

"Now, the first thing to settle is what to take with us (итак, первая вещь, чтобы решить = во-первых, необходимо решить, что взять с собой). Now, you get a bit of paper and write down, J. (ты берешь кусок бумаги и записываешь, Джей; bit — кусочек; небольшое количество), and you get the grocery catalogue, George (а ты достань прейскурант бакалейной лавки, Джордж; grocery — бакалейная лавка; бакалейно-продовольственный магазин), and somebody give me a bit of pencil, and then I'll make out a list (кто-нибудь, дайте мне карандаш, и /затем/ я составлю список)."

That's Harris all over (в этом весь Гаррис; all over — /по/всюду, кругом; типичный) — so ready to take the burden of everything himself (так = всегда готовый взять тяжесть всего на себя; burden — ноша, груз, тяжесть; бремя), and put it on the backs of other people (и взвалить ее на спины других людей).


grocery [**r*us(*)r*] catalogue [*k*t*l**]


SO, on the following evening, we again assembled, to discuss and arrange our plans. Harris said:

"Now, the first thing to settle is what to take with us. Now, you get a bit of paper and write down, J., and you get the grocery catalogue, George, and somebody give me a bit of pencil, and then I'll make out a list."

That's Harris all over — so ready to take the burden of everything himself, and put it on the backs of other people.


He always reminds me of my poor Uncle Podger (он всегда напоминает мне моего бедного дядю Поджера). You never saw such a commotion up and down a house, in all your life (вы никогда не видели такой суеты в доме за всю свою жизнь; commotion — беспокойство, тревога, суета; up and down — вверх и вниз, вперед и назад; здесь и там), as when my Uncle Podger undertook to do a job (как когда мой дядя Поджер принимался за работу; to undertake — предпринимать, совершать; брать на себя /обязательства, ответственность и т.д./). A picture would have come home from the frame-maker's (картина прибыла домой от рамочника = допустим, от рамочника привезли картину; frame — рама, оправа; каркас), and be standing in the dining-room, waiting to be put up (и /она/ стоит в столовой, ожидая, когда ее повесят); and Aunt Podger would ask what was to be done with it, and Uncle Podger would say (тетя Поджер спрашивала = спрашивает, что следует сделать с ней, и дядя Поджер говорит; would — выражает привычное действие, относящееся к прошедшему):

"Oh, you leave that to me (о, предоставьте это мне). Don't you, any of you, worry yourselves about that (/пусть/ никто из вас не беспокоится об этом). I'll do all that (я /сам/ все сделаю)."

And then he would take off his coat, and begin (затем он снимает свой пиджак и начинает). He would send the girl out for sixpen'orth of nails (посылает горничную /купить/ гвоздей на шесть пенсов; girl — девочка, девушка; служанка; sixpen'orth = sixpenworth; worth — цена, стоимость; to send out — отправлять, посылать), and then one of the boys after her to tell her what size to get (а потом одного из мальчиков за ней, чтобы сказать, какого размера /гвозди/ взять); and, from that, he would gradually work down, and start the whole house (и с этого /времени/ он постепенно занимает /работой/ весь дом; to start — начинать/ся/, приниматься; пускать в ход /машину/, дать толчок).


aunt [*:nt] gradually [**r*dju*l*]


He always reminds me of my poor Uncle Podger. You never saw such a commotion up and down a house, in all your life, as when my Uncle Podger undertook to do a job. A picture would have come home from the frame-maker's, and be standing in the dining-room, waiting to be put up; and Aunt Podger would ask what was to be done with it, and Uncle Podger would say:

"Oh, you leave that to me. Don't you, any of you, worry yourselves about that. I'll do all that."

And then he would take off his coat, and begin. He would send the girl out for sixpen'orth of nails, and then one of the boys after her to tell her what size to get; and, from that, he would gradually work down, and start the whole house.


"Now you go and get me my hammer, Will (иди и возьми мне молоток, Вилли)," he would shout (кричит он); "and you bring me the rule, Tom (а ты принеси мне линейку, Том); and I shall want the step-ladder (мне понадобится стремянка; step-ladder: step — шаг; ladder — лестница), and I had better have a kitchen-chair, too (и мне бы лучше/я бы предпочел = мне понадобится также и кухонный стул); and, Jim! you run round to Mr. Goggles, and tell him (Джим, сбегай к мистеру Гогглсу и скажи ему), `Pa's kind regards, and hopes his leg's better (папины добрые пожелания = папа вам кланяется и надеется, /что/ ваша нога получше; pa = papa; kind regards — добрые, лучшие пожелания; regards — привет, поклон; пожелания); and will he lend him his spirit-level (и не одолжите ли ему ваш ватерпас/уровень)*' And don't you go, Maria, because I shall want somebody to hold me the light (не уходи, Мария, поскольку мне может понадобиться кто-нибудь, чтобы подержать свечу = посветить; light — свет; свеча, огонь, фонарь); and when the girl comes back, she must go out again for a bit of picture-cord (а когда горничная вернется, ей придется снова сходить за веревкой для картины; cord — веревка, шнур/ок/); and Tom! — where's Tom (где Том)* — Tom, you come here (Том, иди сюда); I shall want you to hand me up the picture (ты мне понадобишься, чтобы подать картину)."

And then he would lift up the picture, and drop it (потом он поднимает картину и роняет ее), and it would come out of the frame (она вылетает из рамы), and he would try to save the glass, and cut himself (он пытается спасти стекло и режется); and then he would spring round the room, looking for his handkerchief (затем он скачет по комнате, ища свой носовой платок; to spring — пружинить; прыгать, скакать). He could not find his handkerchief, because it was in the pocket of the coat he had taken off (он не может найти свой носовой платок, потому что он в кармане пиджака, /который/ он снял; to take off), and he did not know where he had put the coat (он не знает, куда положил пиджак), and all the house had to leave off looking for his tools, and start looking for his coat (и всему дому приходится перестать искать его инструменты и начать искать пиджак; to leave off — прекращать делать что-либо; бросать привычку); while he would dance round and hinder them (в то время как он /дядя/ пляшет вокруг = по комнате и мешает им; to dance — танцевать; прыгать, скакать).


picture [*p*k**] handkerchief [*h**k***f]


"Now you go and get me my hammer, Will," he would shout; "and you bring me the rule, Tom; and I shall want the step-ladder, and I had better have a kitchen-chair, too; and, Jim! you run round to Mr. Goggles, and tell him, `Pa's kind regards, and hopes his leg's better; and will he lend him his spirit-level*' And don't you go, Maria, because I shall want somebody to hold me the light; and when the girl comes back, she must go out again for a bit of picture-cord; and Tom! — where's Tom* — Tom, you come here; I shall want you to hand me up the picture."

And then he would lift up the picture, and drop it, and it would come out of the frame, and he would try to save the glass, and cut himself; and then he would spring round the room, looking for his handkerchief. He could not find his handkerchief, because it was in the pocket of the coat he had taken off, and he did not know where he had put the coat, and all the house had to leave off looking for his tools, and start looking for his coat; while he would dance round and hinder them.


"Doesn't anybody in the whole house know where my coat is (неужели никто во всем доме не знает, где мой пиджак)* I never came across such a set in all my life (я никогда не встречал таких людей за всю мою жизнь; to come across — /случайно/ встретиться, натолкнуться на; set — набор, комплект; семейство; группа людей /связанных общими интересами, привычками и т.д./) — upon my word I didn't (честное слово, /не встречал/). Six of you! — and you can't find a coat that I put down not five minutes ago (вас шестеро — и вы не можете найти пиджак, который я снял пять минут назад; to put down — класть, опускать)! Well, of all the — (эх, видел я…; of all the — видел я таких…)"

Then he'd get up, and find that he had been sitting on it, and would call out (затем он поднимается и обнаруживает, что сидел на нем, и кричит):

"Oh, you can give it up (можете перестать /искать/)! I've found it myself now (я уже нашел его сам). Might just as well ask the cat to find anything as expect you people to find it (/я/ мог бы с таким же успехом попросить кошку найти что-нибудь, чем ожидать, что вы, люди, найдете это)."

And, when half an hour had been spent in tying up his finger (и, когда полчаса потратили, перевязывая ему палец; to spend; to tie up — перевязывать, привязывать, связывать), and a new glass had been got (новое/другое стекло достали; to get), and the tools (инструменты), and the ladder (лестницу), and the chair (стул), and the candle had been brought (и свечу принесли; to bring), he would have another go (он делает еще одну попытку), the whole family, including the girl and the charwoman (вся семья, включая горничную и поденщицу; charwoman — поденщица для домашней работы; уборщица), standing round in a semi-circle, ready to help (становится рядом полукругом, готовая помочь). Two people would have to hold the chair (двоим приходится держать стул), and a third would help him up on it, and hold him there (третий помогает ему /дяде/ взобраться на него и поддерживает его), and a fourth would hand him a nail (четвертый подает ему гвоздь), and a fifth would pass him up the hammer (пятый подает ему молоток), and he would take hold of the nail, and drop it (а дядя хватает гвоздь и роняет его).


glass [*l*:s] charwoman [***:,wum*n] fourth [f*:O]


"Doesn't anybody in the whole house know where my coat is* I never came across such a set in all my life — upon my word I didn't. Six of you! — and you can't find a coat that I put down not five minutes ago! Well, of all the — "

Then he'd get up, and find that he had been sitting on it, and would call out:

"Oh, you can give it up! I've found it myself now. Might just as well ask the cat to find anything as expect you people to find it."

And, when half an hour had been spent in tying up his finger, and a new glass had been got, and the tools, and the ladder, and the chair, and the candle had been brought, he would have another go, the whole family, including the girl and the charwoman, standing round in a semi-circle, ready to help. Two people would have to hold the chair, and a third would help him up on it, and hold him there, and a fourth would hand him a nail, and a fifth would pass him up the hammer, and he would take hold of the nail, and drop it.


"There (ну вот)!" he would say, in an injured tone (говорит он обиженным тоном; injured — обиженный, оскорбленный; поврежденный, раненый), "now the nail's gone (теперь гвоздь пропал)."

And we would all have to go down on our knees and grovel for it (и нам всем приходится опуститься на колени и ползать, /чтобы найти/ его; to grovel — лежать ниц; ползать), while he would stand on the chair, and grunt (пока он стоит на стуле и ворчит; to grunt — хрюкать; ворчать, бормотать), and want to know if he was to be kept there all the evening (и спрашивает: «хочет знать», не придется ли ему торчать там весь вечер; to keep — держать).

The nail would be found at last (гвоздь находится, наконец), but by that time he would have lost the hammer (но к этому времени он потерял молоток; to lose).

"Where's the hammer (где молоток)* What did I do with the hammer (что я сделал с молотком = куда девал молоток)* Great heavens (о Господи; heaven — небеса, небо; Боже)! Seven of you, gaping round there, and you don't know what I did with the hammer (вас семеро, /стоите/ тут, глазеете и не знаете, куда я девал молоток; to gape — зевать; глазеть; зиять)!"


injured [**n**d] knee [ni:]


"There!" he would say, in an injured tone, "now the nail's gone."

And we would all have to go down on our knees and grovel for it, while he would stand on the chair, and grunt, and want to know if he was to be kept there all the evening.

The nail would be found at last, but by that time he would have lost the hammer.

"Where's the hammer* What did I do with the hammer* Great heavens! Seven of you, gaping round there, and you don't know what I did with the hammer!"


We would find the hammer for him (мы находим молоток для него), and then he would have lost sight of the mark he had made on the wall (и потом он потерял отметку, /которую/ сделал на стене; to lose sight of — потерять из виду; забыть), where the nail was to go in (куда гвоздь должен был войти), and each of us had to get up on the chair, beside him, and see if we could find it (и каждому из нас /по очереди/ пришлось встать на стул рядом с ним и посмотреть = попытаться найти ее); and we would each discover it in a different place (и каждый обнаруживает ее в другом месте), and he would call us all fools, one after another, and tell us to get down (и он называет нас всех дураками, одного за другим, и говорит нам слезть). And he would take the rule, and re-measure (и он берет линейку, и мерит снова), and find that he wanted half thirty-one and three-eighths inches from the corner (и обнаруживает, что ему нужна половина = нужно разделить пополам тридцать один и три восьмых дюйма от угла; inch — дюйм /2, 54 см/), and would try to do it in his head, and go mad (и пытается сделать это в голове, и сходит с ума = бесится).

And we would all try to do it in our heads (и мы все пытаемся сделать это в своих головах), and all arrive at different results (и все приходим к различным результатам), and sneer at one another (и издеваемся друг над другом; to sneer at — насмехаться, глумиться над). And in the general row, the original number would be forgotten (и во всеобщем споре первоначальное число забывается; row — перебранка, ссора; to forget), and Uncle Podger would have to measure it again (и дяде Поджеру приходится мерить снова).


discover [d*s*k*v*] measure [*me**] original [**r***nl]


We would find the hammer for him, and then he would have lost sight of the mark he had made on the wall, where the nail was to go in, and each of us had to get up on the chair, beside him, and see if we could find it; and we would each discover it in a different place, and he would call us all fools, one after another, and tell us to get down. And he would take the rule, and re-measure, and find that he wanted half thirty-one and three-eighths inches from the corner, and would try to do it in his head, and go mad.

And we would all try to do it in our heads, and all arrive at different results, and sneer at one another. And in the general row, the original number would be forgotten, and Uncle Podger would have to measure it again.


He would use a bit of string this time (он использует кусок веревки на этот раз), and at the critical moment, when the old fool was leaning over the chair at an angle of forty-five (и в критический момент, когда старый дурак наклоняется на стуле под углом в сорок пять /градусов/), and trying to reach a point three inches beyond what was possible for him to reach (и пытается дотянуться до точки, /находящейся/ на три дюйма дальше, чем возможно для него = чем он может достать; to reach — добираться, достигать; протягивать/ся/), the string would slip, and down he would slide on to the piano (веревка выскальзывает /из руки/, и он соскальзывает = падает на фортепьяно), a really fine musical effect being produced by the suddenness (действительно прекрасный музыкальный эффект производится внезапностью) with which his head and body struck all the notes at the same time (с которой его голова и тело ударяют по всем клавишам одновременно; to strike a note — взять ноту; note — нота; клавиша).

And Aunt Maria would say that she would not allow the children to stand round and hear such language (и тетя Мария говорит, что не разрешает детям стоять рядом и слушать такой язык = подобные выражения).

At last, Uncle Podger would get the spot fixed again (наконец, дядя Поджер находит /нужное/ место снова; to fix — устанавливать, прикреплять; определять местоположение), and put the point of the nail on it with his left hand (и приставляет острие гвоздя к нему левой рукой), and take the hammer in his right hand (и берет молоток в правую руку). And, with the first blow, he would smash his thumb (и первым ударом он попадает по большому пальцу; to smash — разбивать/ся/, ломать/ся/; наносить сильный удар), and drop the hammer, with a yell, on somebody's toes (и роняет молоток с /пронзительным/ воплем на чью-то ногу; toe — палец на ноге; носок).


piano [p***n*u] thumb [O*m] toe [t*u]


He would use a bit of string this time, and at the critical moment, when the old fool was leaning over the chair at an angle of forty-five, and trying to reach a point three inches beyond what was possible for him to reach, the string would slip, and down he would slide on to the piano, a really fine musical effect being produced by the suddenness with which his head and body struck all the notes at the same time.

And Aunt Maria would say that she would not allow the children to stand round and hear such language.

At last, Uncle Podger would get the spot fixed again, and put the point of the nail on it with his left hand, and take the hammer in his right hand. And, with the first blow, he would smash his thumb, and drop the hammer, with a yell, on somebody's toes.


Aunt Maria would mildly observe that, next time Uncle Podger was going to hammer a nail into the wall (тетя Мария кротко замечает, что в следующий раз, /когда/ дядя Поджер соберется вбить гвоздь в стену), she hoped he'd let her know in time (она надеется, он даст ей знать/предупредит заранее; in time — вовремя; заблаговременно), so that she could make arrangements to go and spend a week with her mother while it was being done (чтобы она могла уехать и провести неделю со своей мамой, пока это /вбивание гвоздя/ делается; to make arrangements — принимать меры; делать приготовления).

"Oh! you women, you make such a fuss over everything (вы, женщины, поднимаете такой шум из-за всего; fuss — суета, шум, беспокойство /из-за пустяков/)," Uncle Podger would reply, picking himself up (отвечает дядя Поджер, приходя в себя; to pick up — поднимать, подбирать; ободрять, поднимать настроение; to pick oneself up — оправляться /после болезни, удара и т. п./). "Why, I like doing a little job of this sort (а ведь мне нравится делать мелкую работу такого рода)."

And then he would have another try (потом он пытается снова: «имеет еще одну попытку»), and, at the second blow, the nail would go clean through the plaster (и со второго удара гвоздь полностью входит в штукатурку; clean — чисто; полностью, совсем), and half the hammer after it (и полмолотка за ним), and Uncle Podger be precipitated against the wall with force nearly sufficient to flatten his nose (а дядю Поджера бросает о стену с силой, почти достаточной, чтобы расплющить его нос; to precipitate — бросать, швырять /с силой/; to flatten — выравнивать/ся/, сглаживать/ся/; flat — плоский, ровный).


plaster [*pl*:st*] precipitated [pr**s*p*t*t] sufficient [s**f**(*)nt]


Aunt Maria would mildly observe that, next time Uncle Podger was going to hammer a nail into the wall, she hoped he'd let her know in time, so that she could make arrangements to go and spend a week with her mother while it was being done.

"Oh! you women, you make such a fuss over everything," Uncle Podger would reply, picking himself up. "Why, I like doing a little job of this sort."

And then he would have another try, and, at the second blow, the nail would go clean through the plaster, and half the hammer after it, and Uncle Podger be precipitated against the wall with force nearly sufficient to flatten his nose.


Then we had to find the rule and the string again (затем нам приходится найти линейку и веревку снова), and a new hole was made (и новая дырка сделана); and, about midnight, the picture would be up — very crooked and insecure (и, около полуночи, картина повешена — очень криво и ненадежно), the wall for yards round looking as if it had been smoothed down with a rake (стена на /много/ ярдов вокруг выглядит /так/, словно ее выравнивали граблями; to smooth — приглаживать/ся/, разглаживать/ся/), and everybody dead beat and wretched — except Uncle Podger (и все измождены и несчастны — кроме дяди Поджера; dead beat — смертельно усталый, изможденный; wretched — бедный, несчастный).

"There you are (вот видите)," he would say, stepping heavily off the chair on to the charwoman's corns (говорит он, слезая тяжело со стула /и наступая/ на мозоли поденщице; corn — зерно, крупинка; мозоль), and surveying the mess he had made with evident pride (и обозревая беспорядок = любуясь беспорядком, /который/ он произвел, с явной гордостью). "Why, some people would have had a man in to do a little thing like that (а некоторые бы вызвали /специального/ человека, чтобы сделать такую мелочь; to have in — иметь в доме /про запас/; вызывать специалиста)!"

Harris will be just that sort of man when he grows up, I know, and I told him so (Гаррис будет именно таким /человеком/, когда вырастет, я знаю, и я сказал ему это). I said I could not permit him to take so much labour upon himself (я сказал, я не могу позволить ему взять на себя столько работы; labour — труд, работа). I said:

"No; you get the paper, and the pencil, and the catalogue (нет, — ты принесешь бумагу, карандаш и прейскурант), and George write down, and I'll do the work (Джордж будет записывать, а я сделаю работу = все сделаю /сам/)."


insecure [,*ns**kju*] smoothed [smu:*d] evident [*ev*d(*)nt] labour [*le*b*]


Далее:  1   2   3   4   5   6   7
Смотреть другие книги >>